[ Новые сообщения · Обращение к новичкам · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Что будет с человечеством после апокалипсиса (5) -- (Viktor_K)
  • Поэтическая страничка Hankō991988 (85) -- (Hankō991988)
  • Голубь - символ мира! (0) -- (Шая_Вайсбух)
  • Поздравлялки (3416) -- (Viktor_K)
  • Забаненные и забытые. (3) -- (Ва)
  • Варяг (2) -- (vlad)
  • Намедни (0) -- (Шая_Вайсбух)
  • Пером Россию не прокормишь. (8) -- (Viktor_K)
  • Мой милый друг. (0) -- (Шая_Вайсбух)
  • Олдскул от старьёвщика (3) -- (virarr)
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Модератор форума: fantasy-book, Donna  
    Форум Fantasy-Book » Популярные авторы сайта » Комедия, юмор, фанфики » Kоммивояжёр из Гродно. (Проза, юмористическая, - смех сквозь слёзы.)
    Kоммивояжёр из Гродно.
    Шая_ВайсбухДата: Суббота, 22.08.2020, 13:43 | Сообщение # 1
    Почетный академик
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 727
    Статус: Не в сети


    \Проза, юмористическая: смех сквозь слёзы.\

    Промозглый ноябрьский вечер я встретил на вокзале.

    Кутаюсь в изрядно потёртое демисезонное пальто, и гляжу вслед составу «Минск-Москва», растаявшему как фантом в непогожей серой дымке.
    Второй раз на этой неделе, и дубль пусто!
    Куратор, который должен был прибыть в Гомель, - так и не прикатил; неужто-ли так трудно позвонить, извиниться. Да и на кой чёрт, собственно говоря, сдался ему наш Гомель!? Что здесь искать?
    Переводы из филиала – вовремя. Отчётность – не подкопаешься. Радоваться им там, в столице надо, что в трубу пока не вылетели.
    Середина девяностых; кризис, как-никак! А эти мудаки скрытые доходы ищут.
    На автобус и домой…? Но тяжелая рука на плече, будто придавила к брусчатке перрона.

    - Колян! Ты что ль?

    Вздрогнув от неожиданности, я обернулся. Миндальные раскосые глазки на широком одутловатом лице. Давно не знавшие парикмахера рыжие вихры, торчащие из-под кожаной фуражки. Лёха-лещ с параллельного факультета? Немного ужался в объёме. Остепенился. Но признать (?) – ошибиться трудно.

    С этим увальнем, в те далёкие студенческие годы я и дружбы-то не водил. Весь курс над ним насмехался, кому не лень!
    Грузный. Неопрятный. Вечно в линялой рубахе с изжёванным воротником.
    Хоть рука у него и была тяжёлой, но где там кого догнать. Ходил он и то с трудом, - селезнем переваливался. А вот на мою долю… бог «счастьем» не обидел. Как-то прижал он меня в углу (за дело), и от его блекло-серых глаз стало явно не по себе:

    - Труба тебе Трубников, - угрюмо усмехаясь, заверил он. - С сегодняшнего дня можешь писать свою фамилию через "п": Труп – ни – ков! – по слогам пробасил будущий экономист с параллельного факультета.

    Привести приговор в исполнение ему помешал декан, с каверзной улыбкой наблюдавший за выяснением отношений меж двумя «конкурентами».
    Мне-то что? Как с гуся вода! Ну а у Лёхи - уже два предупреждения за мордобой. А там и отчислением попахивает, и «кирзовые сапоги» на горизонте маячат. Так и отделался я тогда лишь лёгким испугом.

    - Привет Лещ! - запнувшись на прозвище, остудил я «триумф» нашей встречи, – каким ветром в этих краях?
    - Да вот, - Лёха заискивающе кивнул на вместительный баул, - валандаюсь: Украина-Польша-Беларусь. Навожу торговые связи в отжившем соцлагере.
    Он ткнул ботинком зебру-баул и угрюмо уставился на серые с фиолетовым отливом мрачные тучи:
    - Не подскажешь где здесь переночевать... подешевле? Мне бы лишь ночь скоротать.
    Не знаю, что на меня нашло, но в следующую секунду я проклинал доброту своей души:
    - Можешь у меня, если только на ночь, но…
    Договорить он меня так и не дал.
    - Эт-я понимаю. Земеля! Даже и не надеялся, что у тебя…, - он вдруг заторопился, ухватившись за холщовые ручки клади. – Бомбилу, беру на себя!

    ***

    Не без усилий затащив тяжёлый баул в квартиру, он отдышался и с немым вопросом уставился на меня, хлопая редкими бесцветными ресницами.
    – Товар, в кухню, - кивнул я на запыленный витраж кухонной двери. - А если приспичит: ванна-туалет дверью напротив.
    Скинув тяжёлые югославские полусапожки, я сунул ноги в тёплые домашние тапки. И только приноровился прилечь на диване, бас моего «компаньона» заставил вздрогнуть.
    - Эт у тебя что за хоромы!?
    Застыв на пороге Лёха уставился на массивную хрустальную люстру, перевёл взгляд на добротный ореховый сервант, кожаный салон:
    - Никак олигарх?!
    - От тётки осталось, - поморщился я, - царство ей небесное. Не то бы прозябал сегодня в какой-нибудь конуре.
    Уяснив, что к финансовым магнатам Гомеля у меня ни тяги, ни тем более денежных ресурсов, бывший соратник по экономическому факультету пощупал грубый вязаный свитер, в том месте, где у него располагался округлый пивной животик.
    - С утра ничего не жрал!
    С тех пор как я его видел в последний раз, он здорово сбросил, но и худым его назвать, было весьма затруднительно.
    - Может, пропустим по маленькой? За встречу!? - Лёха уныло кивнул на коридор, ведущий на кухню.
    Чертыхаясь в душе почём зря, я всё же поплёлся за ним вслед. В холодильнике продуктов было не так уж и густо: тройка сарделек, начатая банка солёных огурцов, сардины. Присовокупив к «меню» луковицу, покрытую подозрительно-серым налётом, я разложил скромный ужин на фаянсовом блюде.
    Экономист-соратник, тоже времени даром не терял: на столе появилась бутылка водки с зеленоватым оттенком и килограммовая банка тушёнки.
    Но когда он откупорил своё не вызывающее доверие зелья, кухню наполнил «аромат» свежераспиленной сосны.
    - Лучшее, что могу предложить, - пробурчал он, взглянув на мою кислую физиономию. – В Англии джин из можжевельника гонят, а это «Новогодняя особая». Не палюха! Продукт – экстра. На хвое и сосновой коре настаивают. У чукчей на вес золота, против цинги как микстуру выписывают.
    Не чокаясь он опрокинул стакан и сунул вилку в банку с огурцами.
    - Лещ, с кризисом-то как, – попробовал я поддержать разговор, - переживём?
    - Были бы деньги, а там хоть сам чёрт сват! - он неосторожно взмахнул вилкой, обдав меня солидной капелью рассола.
    - Вот с баблом на сегодня туго, – угрюмо заметил Лёха. - Одно время, за копейки, рекламные брошюры у метро раздавал: «Вкладывайте деньги в Копи царя Соломона!»
    - Да ну? Есть такие!? – я внутренне напрягся.
    Денег у меня было, - что кот наплакал, но перспектива весьма обнадёживала.
    - И тебя туда же понесло!? - собеседник осклабился и ухватил толстыми пальцами «Новогоднюю особую». – Форменная пирамида! Розыск затерянных шахт, с филиалами в Судане и Эфиопии. Людишек на бабло разводили. Народец у нас подкованный, солидный. Художественную литературу про «копи» от корки до корки замусолил: аппетиты аховые, а в голове как у Буратино, труха!
    Он поднёс к носу сардельку. Понюхал. И невразумительно пробурчал:
    - Кажется съедобная, хотя при сегодняшней технологии…
    Лёха покопался в своём бауле и вытащил остро пахнущий чесноком и перцем круг гродненской колбасы.
    - Во! Натуральный продукт. Эт-тебе не эрзац, или ширпотреб. Настоящая. Крестьянская. Домашний забой!

    ***

    И осушив очередную порцию «новогодней», он удостоил меня лекцией, которой
    мог позавидовать самый изощрённый гурман, усвоивший вкусовые предпочтения от Северного Кавказа и до Норильска включительно:
    - Про ГОСТ, забудь! Качество и ветеринарная экспертиза – вчерашний день. Сегодня, над процессом изготовления и внедрения мясных продуктов в желудок массового потребителя, тяготеет таинственное понятие: Экономия!

    Он оторвал от «гродненской» внушительный шмат и с завидным аппетитом вонзил пожелтевшие зубы в податливую мякоть. Подняв охмелевшие глаза к потолку, Лёха заурчал от удовольствия, пережёвывая «домашний забой».

    - Значит так, - он наклонился над столом, дыхнув на меня перегаром, словно вознамерился открыть сокровенную тайну.
    – Колбасу делают из кожи, требухи, крахмала и пищевого картона. Усёк?! Тот, кто надеется найти запах мяса в этом отстое – форменный дегенерат! Мяса там – с гулькин нос. А чтобы скрасить дурно пахнущее месиво добавляется чеснок-перец, соль, и пищевой концентрат из костной муки. Реже, - специи, да и те, что попроще. Спроси, для чего? Эт-для эффекту! Отрыжка – не приведи господь. И если тебя прихватило в помещении при закрытых дверях, или в общественном транспорте: держись паря!
    Пассажиры начинают испуганно коситься друг на друга, и как ломовая лошадь, учуявшая волчью свору, работают локтями пробиваясь к дверям. У них на этот момент – кислород на вес золота! А ты, как ни в чём не бывало, глядишь на синеву неба, перистые облака, или грозовую тучу – без разницы. Тебе до этого и делов-то нет. Нормальная физиология, здорового человека.
    И не смей совать свой нос в фолианты кулинарных рецептов девятнадцатого века. Чешские колбаски из свиной ляжки с тмином. Филе а-ля провансаль. Рагу из куропаток под соусом "егермейстер". Молочные поросята с корочкой, и на углях, - это пережитки прошлого!
    Отборное мясо, да в кишку и на копчение? За здорово живёшь!? Сущая филантропия.

    Он отмахнулся от меня как от назойливой мухи, хотя у меня и в мыслях не было ему возразить. Пораскинув мозгами, я неохотно отправил сардельки в мусорное ведро и осторожно наколол, покрытую смальцем тушёнку из Лёхиной банки.
    Потянул носом, пытаясь определить качество продукта, и вздрогнул от хохота нежданно свалившегося мне на голову «квартиранта»:

    - Жуй Колян, своих не травлю!

    Он взял в руки нож и нацелился на луковицу, которая вместе с помидором составляла овощной рацион нашего застолья. Небрежно искромсав мясистый помидор и очистив лук, Лёха хитро подмигнул:
    - А под лучок у нас что? – он выдержал многообещающую паузу. – Рижские королевские! Порывшись в своём безразмерном бауле, коллега по затянувшемуся ужину, вытащил овальную банку.
    - Шпроты? – взглянул я на знакомую ленту вдоль ободка, - да у нас их здесь навалом! Зря вёз.
    Лёха заметно помрачнел. Вытер со лба пот и снял с головы кожаную фуражку, под которой оказалась весьма обширная лысина. Перехватив мой насмешливый взгляд, он недовольно пробурчал:
    - Издержки профессии,- натренированной рукой он перекрыл плешь рыжими вихрами и придавил ладонью. – Кризис, нервы, стресс... Молю бога - в больницу не попасть! Кто не при деньгах, хоть кутайся в саван и ползи на кладбище. Ну а с шпротами - не беда. Кой-чего приберёг на чёрный день: килька в маринаде, сайра, бычки, и-и…

    Он засунул руку в свой бездонный полосатый баул, и как фокусник из цилиндра вытащил две банки «щука с перцем в томатном соусе»:

    - Оп-паля! Нервных прошу не смотреть.

    Вкус «щуки» я успел порядком позабыть; консервы именно этого производства исчезли с прилавков года два назад.

    Вот так угодил, Лещ! Я почувствовал, как рот окатила слюна.

    Потянулся к вожделенной банке, но окрик коллеги по экономическому факультету заставил отпрянуть.

    - Не трожь! Не для нас. Только для супермаркетов.
    - Белены объелся! Чо орёшь? Так и до инфаркта недалеко.
    - Прежде чем щукой полакомиться, пиши завещание, - он не то хмыкнул, не то всхлипнул. - Принёс как-то пару банок на день рождение. Открыли при свечах, а она светится.
    - Фосфор? – с недоумением переспросил я. – Врачи рекомендуют.
    - Из Припяти щука, смекаешь? Чернобыль. Чёрт знает, что там за фосфор, радий или плутоний!

    После очередной порции «особой новогодней» меня завалило на спинку стула, и на последующие излияния Лёхи, я лишь безоговорочно соглашался, кивая время от времени отяжелевшей головой.
    Пить совсем разучился, да и с кем пить? Кроме дальних родичей в Новосибирске – никого. Друзья, со временем, кто-куда, разъехались, а новых, так и не завёл.
    Веки налились свинцом. Слава богу, что завтра выходной; ещё успею оклематься.
    Сквозь пьяную дурь слышался кашляющий Лёхин смех и «потустороннее» сиплое бормотание:

    Человек, ты ещё жив?!

    ***

    От тупой боли ныли рёбра.
    Назойливая.
    Словно саданули в бок тяжёлым деревянным брусом. Нащупав ребристую подошву, я выволок из-под живота коричневый югославский полусапожек.
    Светопрестовление?
    С недоумением вертел в руке югославский ширпотреб, пытаясь понять как он очутился под одеялом.
    За стеклом хмурые сумерки, - то ли утро, то ли вечер, а может и полдень. Хлопнула тяжёлая занавесь над окном, впитавшая в себя стылый ноябрьский дождь.

    Угораздило! Форточку не закрыл.

    Пытался вспомнить как очутился в кровати и когда закончилось вчерашнее застолье, но острая боль кольнула затылок, а в глазах на миг потемнело. Из недр желудка к горлу подкатился тошнотворный комок.
    Здесь же, в одиночестве, не дай бог и откинуться недолго. Стакан воды некому подать.
    Может постоянную подругу завести?
    Хотя бы и Ленка, с четвёртого этажа. Не красавица. Но весёлая и разбитная. А встретит на лестничной клетке, то всегда с улыбкой:
    « Здравствуйте Николай ».
    Жаль, что с ребёнком, не то бы…
    Ребёнок помеха? Да на кой чёрт ей нужен великовозрастный бирюк! Да и что женщинам сегодня от такого как я требуется? Мужская ласка, мизерный оклад?
    Да нет!
    Шикарная квартира, из которой при случае, меня же из неё и выпихнут.

    Остудив голову в душевой, я заглянул на кухню. На удивление, там царил относительный порядок. На столе высилась горка консервов, которую охранял зелёный змий, - бутылка «новогодней особой».

    Презент?

    Около половика белел листок из ученической тетради мелко подрагивая на сквозняке:

    Колян.
    Оставил тебе маленько от моего товара. Спозаранку по делам укатил. Если не увидимся, не сердись, дел невпроворот. Всего земеля!
    ПаСэ:
    Будешь в Гродно, обязательно заскочи. Компания у меня - будь здоров, даже кое-кто из нашего факультета. Ну и оторвёмся братан!

    Внизу адрес и номер телефона.

    Дверь!

    Я бросился в переднюю, поскользнувшись на глянцевом паркете.
    Дёрнул за ручку, - закрыта. Всё же догадался захлопнуть, стервец. Коммивояжер твою мать!
    На днях очистили квартиру на первом этаже, а мне только этого и не хватает. Хотя брать у меня - что у церковной крысы, но превратят жильё в груду руин.
    Мои мысли нарушила протяжная трель телефона. Кого это черти..!
    Свой номер я посторонним не давал. Звонят, либо с работы, либо родственники с Новосибирска, если соблаговолят удостовериться: жив ли племянничек, или отдал уже богу душу.

    Привет Колян! – услышал я знакомый хриплый голос. – С вокзала звоню. Не поверишь, какие дела здесь провернул – тебе и не снилось! Две фуры из Гродно уже заказал. Даже «щуку», оптом, удалось втюхать! В компаньоны не пойдёшь? Чувствую, фортуна ко мне харей развернула…
    - Откуда у тебя мой номер телефона, - оборвал я оживлённые излияния моего бывшего соратника по экономическому факультету.
    - У тебя на телефоне, бирка. Взял на всякий пожарный. А что?..
    - Да нет. Не догадался. А в компаньоны, это ты?..
    - Скорый на Гродно прибывает. Прости земеля. Закругляюсь!

    Протяжные унылые гудки в телефонной трубке. Был Лёха, и сплыл.
    А с понедельника вновь всё те же осточертевшие будни. И так изо дня в день, изо дня в день. Опостылевшие лица сотрудников, которым каждое утро бросаешь «здрасти» и спешишь к своему столу, к надоевшим формулярам-циркулярам.
    Приелась! Наскучило. Повседневная рутина, - мать её! И друзья-товарищи… которых нет, да и вообще, будут ли?
    Плюнуть бы на всё да к Лёхе. В Гродно!
    Я глянул на зажатый в руке листок бумаги с номером телефона и поплёлся в спальню.
    Мелкий, опостылевший как зубная боль, дождь, исчез. Свинцовые тучи прорезал тонкий лучик солнца, и пугливым зайчиком скользнул по сине-голубым обоям.
    ...И в следующий миг хлёсткий ливень рьяно забарабанил по оконному стеклу.


    Булька не даст соврать!

    Сообщение отредактировал Шая_Вайсбух - Суббота, 22.08.2020, 20:17
     
    Форум Fantasy-Book » Популярные авторы сайта » Комедия, юмор, фанфики » Kоммивояжёр из Гродно. (Проза, юмористическая, - смех сквозь слёзы.)
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Поиск:

    Для добавления необходима авторизация
    Нас сегодня посетили
    Гость