[ Новые сообщения · Обращение к новичкам · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Внек 1. ПРИЗРАЧНЫЙ ДОМ. (2) -- (Гвидон)
  • Работа 1. Впереди безмолвие. (1) -- (peotr)
  • Город-призрак (23) -- (Verik)
  • Как будут оцениваться работы (выставляться оценки) (2) -- (Verik)
  • Работа 2. Двери не зря запирают (0) -- (Verik)
  • Как критически относиться к критике (3) -- (peotr)
  • Осенние зайчики. (8) -- (Валентина)
  • Конкурсные задумки (889) -- (Verik)
  • "зарисовка". Автор -- Ханкё. (5) -- (трэшкин)
  • Зарисовка (2) -- (Hankō991988)
  • Модератор форума: fantasy-book, Donna  
    Форум Fantasy-Book » Популярные авторы сайта » Триллер, ужасы, мистика » Семья (В чёрном-чёрном лесу стоит чёрный-чёрный дом.)
    Семья
    VerikДата: Четверг, 26.04.2018, 18:50 | Сообщение # 101
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    хм, ну в 5 лет еще можно не уметь готовить и не знать, а в 10? неужели Маша настолько дикая, что этого не умеет7 и не видела никогда?
    А описание кошмара Маши очень сильно понравилось. Хочу дальше.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Пятница, 27.04.2018, 08:35 | Сообщение # 102
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    хм, ну в 5 лет еще можно не уметь готовить и не знать, а в 10? неужели Маша настолько дикая, что этого не умеет7 и не видела никогда?

    Тут несколько причин. Маша два года за печкой просидела. Сейчас ей десять лет. И до этого она жила с алкоголиками, которые особо готовкой не занимались. Даже если она хоть немного умеет готовить, у неё не было воды. Да и готовить не на чем - есть старенький примус, но она вряд ли знает, как им пользоваться. Да и топливо для примуса нужно. И Маша ведь совсем неприхотлива - может и в таком виде макароны и крупы слопать. Есть наш старенький фильм, где учительница тайно подкармливала голодающего ученика. Так в этом фильме парнишка во всю сухие макароны лопал.

    Кстати, в следующей части Маша всё же сообразит, как приготовить гречку. :) И варенье в подполе найдёт.

    Цитата Verik ()
    Хочу дальше.

    Продолжение пишется.

    Verik, спасибо большое! ng


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    VerikДата: Пятница, 27.04.2018, 18:45 | Сообщение # 103
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    Кстати, в следующей части Маша всё же сообразит, как приготовить гречку. :) И варенье в подполе найдёт.

    для начала ей б книжку повареную найти или записи старухи. Как-нибудь случайно.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    VerikДата: Пятница, 27.04.2018, 18:46 | Сообщение # 104
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    мне твои произведения нравятся, но есть один минус. У тебя как бы две стороны: настоящее и прошлое. Как-то сделай так, чтоб читатель понимал, что вот в этой главе прошлое, а в дригих настоящее или попробуй вставками другого шрифта одновременно описывать прошлое и настоящее. посмотри, подходит ли тебе так писать


    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Суббота, 28.04.2018, 11:17 | Сообщение # 105
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()

    для начала ей б книжку повареную найти или записи старухи. Как-нибудь случайно.

    Так Маша ведь читать не умеет. :)

    Цитата Verik ()
    мне твои произведения нравятся, но есть один минус. У тебя как бы две стороны: настоящее и прошлое. Как-то сделай так, чтоб читатель понимал, что вот в этой главе прошлое, а в дригих настоящее или попробуй вставками другого шрифта одновременно описывать прошлое и настоящее. посмотри, подходит ли тебе так писать

    В принципе, можно перед каждой главой делать пояснение: прошлое, настоящее. Я об этом подумаю. Возможно, разделю прошлое и настоящее не на главы, а на большие части: часть первая - настояшее, часть вторая - прошлое.


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    VerikДата: Суббота, 28.04.2018, 19:54 | Сообщение # 106
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    трэшкин, новый вопрос, почему тогда никто из госслужащих машей не заинтересовался? Или она как у гг, родившаяся у алкашей без свидетельства о рождении? Таких детей обычно изымают.
    Либо др вариант, мать Маши стала пить после какого-то перелома в жизни. То есть девочка была некоторое время с нормальной мамашкой. Но в процессе пития свидетельство забыли сделать. Еще, когда рождается ребенок, на дом ходит патронажная сестра 1 мес, потом периодически ребенка осматривают врачи. Почему всем пофиг? Щас конечно чаще осмотры, но и тогда в 90-е они были. Редко правда.
    Вот все-таки такой момент у тебя не продуман. Ну как третий вариант, алкашка могла родить дома. Вот в таком случае соглашусь. Тогда никто о ребенке не знает, - бумаг нет на него.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    VerikДата: Суббота, 28.04.2018, 19:54 | Сообщение # 107
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    трэшкин, а ты ей с картинками подбрось.


    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Воскресенье, 29.04.2018, 12:24 | Сообщение # 108
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    трэшкин, новый вопрос, почему тогда никто из госслужащих машей не заинтересовался? Или она как у гг, родившаяся у алкашей без свидетельства о рождении? Таких детей обычно изымают.
    Либо др вариант, мать Маши стала пить после какого-то перелома в жизни. То есть девочка была некоторое время с нормальной мамашкой. Но в процессе пития свидетельство забыли сделать. Еще, когда рождается ребенок, на дом ходит патронажная сестра 1 мес, потом периодически ребенка осматривают врачи. Почему всем пофиг? Щас конечно чаще осмотры, но и тогда в 90-е они были. Редко правда.
    Вот все-таки такой момент у тебя не продуман. Ну как третий вариант, алкашка могла родить дома. Вот в таком случае соглашусь. Тогда никто о ребенке не знает, - бумаг нет на него.

    Это хорошие вопросы. Я над ними тоже задумывался. Тут всё дело в самом населённом пункте и безалаберности чиновников и мед работников. Всем просто наплевать, что там происходит. Взять хотя бы реальные истории о таких детях, как Маша. Ещё и период такой - развал страны. Сколько беспризорников по улицам бегало. Сейчас, наверное, с этим строже дело обстоит, хотя и в наше время забитых, никому не нужных детей в некоторых населённых пунктах хватает. Я этот вопрос потом в тексте опишу, пожалуй.

    Цитата Verik ()
    трэшкин, а ты ей с картинками подбрось.

    Картинки в книгах Маша будет смотреть. Но насчёт именно кулинарной книги - это вряд ли. Да и на чём Маше готовить? Она и в сыром виде ест с аппетитом. Особенно варенье - это будет дальше в тексте. :)


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    VerikДата: Среда, 02.05.2018, 13:59 | Сообщение # 109
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    трэшкин, тогда сделай так, что алкашка родила дома. Тогда и ребенка считай по бумагам нет. По поводу чиновников, - если у них есть ребенок по документам, то они его либо изымают, либо семью на контроль ставят.
    тебе проще сделать так, что мать Маши ее родила дома. Ведь бывает так, что у алкашей рождается здоровый ребенок. Ну и кто-то да за Машей приглядывал, какие-нибудь приличные раз в год приезжающие дачники-соседи, которые потом дачу продали или как-то еще исчезли. потому что вот этот момент какой-то непонятный. ведь если мать с Машей не занимается, то Маша вместо разговоров только мычать и будет. Может соцработник какой по доброте приглядывал, хоть кто-то.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Четверг, 17.05.2018, 08:32 | Сообщение # 110
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    трэшкин, тогда сделай так, что алкашка родила дома. Тогда и ребенка считай по бумагам нет. По поводу чиновников, - если у них есть ребенок по документам, то они его либо изымают, либо семью на контроль ставят.

    По поводу Маши и её прошлого ещё будет информация - свидетельство о рождении найдётся, фотографии матери. Это я учёл и потом опишу.

    Цитата Verik ()
    Ну и кто-то да за Машей приглядывал, какие-нибудь приличные раз в год приезжающие дачники-соседи, которые потом дачу продали или как-то еще исчезли.

    Нет, это как раз неприемлемо. :) Никакие дачники в эту деревню не приезжают.

    Цитата Verik ()
    потому что вот этот момент какой-то непонятный. ведь если мать с Машей не занимается, то Маша вместо разговоров только мычать и будет.

    Ну до Грыжи у Маши была вполне приемлемая жизнь. Мать с отцом хоть и пили, но не обижали. Читать не обучили, но говорить нормально она всё же умеет.

    Добавлено (17.05.2018, 08:32)
    ---------------------------------------------
    Продолжение главы:

    Утро выдалось ясным. Солнечные лучи радостно врывались в окна, с улицы доносилось возбуждённое пение птиц.
    Маша зевнула, пробуждаясь. Потянулась. На этот раз у неё не было чувства дезориентации. Она точно знала, что находится именно в жилище Аглаи, мёртвой старушки, которая ночью сказала: «Ничего не бойся». Впрочем, Маше сейчас казалось, что эти слова ей померещились. Покойники ведь не умеют говорить. Или умеют? Некоторые. Такие, как Аглая. Да, на этот счёт небольшие сомнения всё же были.
    Маша поела сухарей и тыквенных семечек. Выпила воды. Она всё больше ощущала себя свободной, раскованной. О Грыже и о погибшем отце старалась не думать – если возникали в голове такие мысли, гнала их прочь.
    Ей вообще хотелось забыть всё плохое, поставить непроницаемый барьер между прошлым и настоящим. Но она сознавала: это невозможно. Плохое и страшное из прошлого всегда будет её преследовать, являться в ночных кошмарах. Можно как сейчас стараться не думать об этом, однако гнать неприятные мысли вечно не получится.
    Насытившись, Маша насыпала немного гречневой крупы в миску и залила её водой. Он не была уверена, но, кажется, примерно так делала мать – просто в памяти что-то шевельнулось, возник размытый образ. Было любопытно, что получится. Ну в самом деле, не есть же гречку сухой? Эти зёрнышки даже нормально не пережёвывались.
    Но чтобы из этой затеи ни получилось, а Маша уже была довольна: ей нравилось экспериментировать, познавать, действовать и даже, возможно, ошибаться. Ведь это были очередные шажки по той самой тропе перемен. Она словно бы оживала после долгого увядания.
    В ней бурлила энергия. Сидеть и ждать, когда гречка размокнет? О нет, насиделась в своё время за печкой в вонючем доме. Хватит! Хотелось двигаться, творить. Улыбнувшись, Маша взяла на кухне веник и принялась смахивать паутину. К окнам не подходила, опасаясь, что её заметят с улицы – об осторожности не забывала ни на секунду.
    Покончив с паутиной, принялась подметать пол – неумело, но старательно. Выметая пыль из-под вязаного разноцветного половика в гостиной, Маша заметила люк в полу. Находка взволновала её. Возникла здравая мысль, что в этом погребе можно спрятаться, если будет грозить какая-нибудь опасность.
    Но сначала нужно разведать, что там внизу.
    - Я загляну? Хорошо? – по обыкновению попросила она разрешения.
    Представила себе Аглаю, которая с улыбкой на губах произносит: «Хорошо, девочка. Делай, что захочешь. Это теперь твой дом». Кивнув, Маша нетерпеливо поддела пальцами краешек люка, напряглась и не без усилий открыла его. Снизу дыхнуло прохладой. Проникающего в окна солнечного света оказалось достаточно, чтобы Маша смогла разглядеть обстановку маленького, обитого досками погреба: земляной пол; стеллажи, заставленные банками и бутылями различного объёма.
    Глаза Маши загорелись. Она поняла, что обнаружила клад с драгоценностями. Возможно, даже лучшее сокровище, чем припасы в ящике на кухне. Радостно обойдя люк, Маша устремила сияющий взгляд на проём в соседнюю комнату и выдохнула:
    - Спасибо, Аглая!
    Больше медлить не стала, спустилась по короткой крепко сбитой лестнице в подпол и осмотрелась. Десятки банок и бутылей. Их содержимое радовало глаз своим разноцветным разнообразием. Одна из полок была плотно заставлена небольшими баночками и пузырьками из тёмного стекла. Маша взяла один такой пузырёк и поднесла к носу. Даже сквозь пробку до неё донёсся отчётливый лекарственный запах. Всё ясно, это полка со снадобьями. Неинтересно.
    А вот большие банки – совсем другое дело. Маша была твёрдо уверена, что в них находится что-то ну очень вкусное. Даже слюнки потекли, хотя есть особо и не хотелось. Глаза и любопытство настойчиво требовали отведать содержимое банок, но не желудок.
    И на этот раз Маша прислушиваться к желудку не стала. Она схватила литровую банку, наполненную чем-то красным, торопливо поднялась по лестнице и проследовала на кухню. Ей пришлось изрядно повозиться, чтобы открыть крышку – руками не получилось и в ход пошли зубы. Справилась. Воздух наполнился ароматом земляничного варенья. Маша охнула. Это был запах из прошлого. Из того времени, когда она спала на кровати, а не на драных телогрейках за печкой; когда ела за столом и свободно гуляла во дворе. Из того прошлого, когда Грыжи не было и в помине.
    Земляника.
    Маленькая сладкая ягодка.
    Скорее! Скорее нужно попробовать!
    В волнительном предвкушении Маша отыскала ложку в ящике стола, зачерпнула варенье, сунула в рот… и обомлела. Раньше ей казалось, что нет ничего вкуснее тех конфет, которыми её прошлым летом угостила Аглая. Ошибалась. Земляничное варенье было лучше в тысячу раз. Даже в голове помутилось от восторга. За первой ложкой незамедлительно последовала вторая, третья, четвёртая… Маша глотала, почти не пережёвывая, и останавливаться не собиралась. Точнее, она просто не могла остановиться. В эти минуты для неё не существовало ни Грыжи, ни покойного отца. Было только варенье – сладкое могущественное волшебство. Банка опустела наполовину. Больше не лезло, но маша всё равно настойчиво отправляла в рот ложку за ложкой. Желудок взмолился: Хватит! Она не желала его слушать. Ничего не хватит! Это было какое-то помутнение. Ещё ложка. И ещё…
    Всё.
    Хотя нет. Ещё чуть-чуть. Капельку.
    Вот теперь – всё.
    Следующие часы Маша боролась с тошнотой. Ей было плохо. Она лежала на ложе из стульев, постанывала и непрерывно ругала себя за обжорство: ну нельзя же так! Дорвалась дурочка до сладкого. А теперь от одной только мысли о варенье мутило. Лишь после полудня немного полегчало.
    Давешнее плохое самочувствие стало для Маши хорошим уроком: нужно сдерживать себя, знать меру, даже если чего-то ну очень сильно хочется.
    Полностью придя в себя, она проверила гречку. Зёрнышки впитали в себя всё воду, стали мягкими. Это, разумеется, её обрадовало, однако есть после варенья совершенно не хотелось. Позволила себе лишь попробовать пол ложки. Вкусно. Решила, что съест гречку завтра утром.
    До вечера, пока не стемнело, она просматривала книжки. В некоторых были хорошие интересные картинки. Особенно ей понравилась большая красочная книжка, в которой было мало текста, но много фотографий животных. Маша зачарованно глядела на всех этих диковинных зверей и недоумевала: неужели они действительно существуют? Лошадки в чёрную и белую полоску; огромные рыбины с острыми зубами; птицы с длиннющими ногами; ну и совсем непонятные твари, у которых только голова и куча каких-то отростков. Где живут эти звери? Как они называются?
    В Маше пробуждалась жажда познаний. Она всё дальше удалялась по тропе перемен от вонючего дома, от былого мертвенного смирения. Что-то внутри неё рвалось наверстать упущенное, пытаясь собрать детали к необъятному пазлу под названием «Окружающий мир». К свободе добавлялись образы, вкусы, запахи. Открытия – такие, как приготовление гречки. Ну и ошибки, вроде почти опустошённой банки варенья.
    Ночью Маша выбралась из дома и поведала подруге Луне и о найденном погребе, и об интересных картинках в книгах. Просидела на крыльце до самого рассвета, наслаждаясь звуками и запахами природы. А когда вернулась в избу, поймала себя на мысли, что за последние часы не думала ни о Грыже, ни об отце.
    Уже засыпая, она снова услышала из соседней комнаты звук, похожий на шелест палой листвы. Встревожилась, но не так, как прошлой ночью – даже со своего ложа из стульев в угол комнаты перебираться не стала.
    Шли дни.
    Маша полностью освоилась в доме Аглаи. Она обследовала все полки, тумбочки, ящики, тёмные уголки. Просмотрела все книжки, перепробовала все крупы. Иногда лакомилась тем, что находилось в погребе, но без азарта, зная меру.
    Как же ей нравился этот дом. Его запахи. Порой Маша думала о том, что в ту грозовую ночь, когда её преследовала Грыжа, она могла ведь и пробежать мимо этой спасительной избы. Что бы тогда было? Гибель? Скорее всего. Страшно становилось от таких мыслей.
    Маша осмелела за эти дни, но иной раз всё же накатывало что-то паническое – мерещились шаги за входной дверью, или казалось, что возле окна кто-то стоит. В такие моменты она поспешно пряталась в погреб и дожидалась, когда страх отступит. Приступы паники случались редко, но они доказывали, что Грыжа всегда рядом, присутствует незримо, и от неё невозможно избавиться.
    А однажды Маша увидела её воочию – поглядела вечером в окно и заметила вдалеке, возле покосившегося забора давно заброшенного дома на окраине деревни, грушевидную фигуру. Грыжа просто стояла и смотрела в сторону леса. А может, глядела на избу Аглаи? У Маши по спине побежали мурашки. «Она чует меня! – колотилось в голове. – Чует, как зверь!» Тут же нахлынули тяжёлые воспоминания: отрубленная голова отца, ливень, гроза. Грыжа словно бы специально там стояла, чтобы напомнить о себе: «Я здесь! Я радом! Бойся меня, бойся! Скоро приду за тобой!»
    Маша спряталась в погреб и просидела в нём до ночи. Теперь она понимала: дом Аглаи был всего лишь временным убежищем. А ведь мечтала жить здесь, сколько захочет. Дурочка. Насытилась, расслабилась, размечталась, почувствовала себя хозяйкой, обманула саму себя, сказав, что всё теперь будет хорошо. Ничего хорошего не будет, ведь Грыжа рядом!
    Утром небо затянулось тучами. Пошёл дождь. Маше постоянно казалось, что скоро случится что-то страшное. Накручивала себя и даже не пыталась изгнать из головы депрессивные мысли. Иногда осторожно заглядывала в окно и ей мерещилась за серой пеленой дождя грушевидная фигура. Закрывала глаза, и опять же видела Грыжу. Это было какое-то наваждение. Тревога нарастала.
    - Что мне делать, Аглая? – не раз спрашивала Маша.
    И ответ «ждать», который с готовностью всплывал в голове, больше не казался хорошим – от него веяло обречённостью. Ждать чего? Когда сюда заявится Грыжа? Возможно, она прямо сейчас бредёт сквозь дождь к этому дому. И от неё не спрячешься в погребе. Найдёт, учует. Отрубит голову, как отцу. Воображение беспрерывно рисовало страшные образы. Машу бросало то в жар, то в холод. И ко всему прочему появился жуткий зуд в шраме от ожога на щеке.
    К вечеру дождь прекратился. Небо расчистилось. В лиловых сумерках над лесом показалась полная луна.
    За последние часы тревога не уменьшилась. Маша неосознанно, но упорно внушала самой себе, что Грыжа сюда заявится, и избавиться от этой навязчивой мысли не было сил. Предчувствие грядущей беды, словно бы пожирало её изнутри, лишало воли.
    Луна всё выше поднималась над лесом. В её ярком свете серебрилась мокрая листва. Маша сидела у окна и с тоской вглядывалась в вечернее небо. Вздыхала время от времени: что теперь делать? Как быть? К покойной хозяйке дома даже мысленно больше не обращалась – глупо спрашивать советы у мёртвой старухи. Теперь она это ясно понимала.
    Тишина. Лишь комар пищал над ухом. Маша почти задремала, когда из соседней комнаты донёсся звук, похожий на шелест листвы. А затем раздался вполне чёткий голос:
    - Зайди ко мне!
    Машу словно ледяной водой окатило. Сон улетучился в мгновение ока.
    - Не медли! – снова прозвучал голос. – Зайди ко мне.
    Занавеска, прикрывающая проём в соседнюю комнату, вздулась как стяг на ветру. Душный воздух стремительно охлаждался. Скрипнули потолочные балки, качнулся маятник давно остановившихся часов.
    Маша боялась сдвинуться с места. Руки покрылись «гусиной кожей», сердце отчаянно колотилось. Мёртвая старуха звала её в сою комнату. И голос был таким чётким. Это не игра воображения, не отголосок сна. Всё происходило на самом деле.


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    VerikДата: Четверг, 17.05.2018, 20:07 | Сообщение # 111
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    О Грыже и о погибшем отце

    мне кажется здесь уместным будет об убитом отце или об убийстве отца Грыжей. потому как когда человек погибает, ну немного иначе
    Цитата трэшкин ()
    Но что РАЗДЕЛЬНО бы из этой затеи нЕ получилось,
    именно по построению фразы и смысловой нагрузке должно быть так

    Цитата трэшкин ()
    Это был запах из прошлого. Из того времени, когда она спала на кровати, а не на драных телогрейках за печкой; когда ела за столом и свободно гуляла во дворе. Из того прошлого, когда Грыжи не было и в помине.


    а до этого где об этих воспоминаниях обрывочных? даже при нанесении девочке ожога она и не вспомнила об этом моменте, при ругательствах Грыжи тоже. Хоть каких то светлых обрывочных воспоминаний надо добавить на переломные для ребенка моменты

    Цитата трэшкин ()
    Вкусно. Решила, что съест гречку завтра утром.


    сам-то пробовал гречку, размоченную водой? без соли? не вареную? Скорей уж есть можно, мягкие зернышки.
    Цитата трэшкин ()
    подруге Луне

    если Луна подруга, то почему ранее Маша не рассказывала про свои горести Луне, живя в будке?
    Цитата трэшкин ()
    Я рЯдом!

    Цитата трэшкин ()
    А может, глядела на избу Аглаи?

    нужна ли здесь зпт?
    вот еще вопрос. Деревня вся безлюдная совсем? ни участкового, никого? у тебя описана такая безнадега, а гос службы никоим образом не гоняют, что алкашей, что полубеспризорников? может мост какой сломаешь перед деревней и райцентром? который некому чинить, а ранее как-то органы все реагировали.
    Цитата трэшкин ()
    А затем раздался вполне чёткий голос:

    чей голос? похожий на Аглаю или нет? девочка так взяла и пошла?



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Пятница, 18.05.2018, 07:53 | Сообщение # 112
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    мне кажется здесь уместным будет об убитом отце или об убийстве отца Грыжей. потому как когда человек погибает, ну немного иначе

    Согласен. Убитом - будет правильней.

    Цитата Verik ()
    а до этого где об этих воспоминаниях обрывочных? даже при нанесении девочке ожога она и не вспомнила об этом моменте, при ругательствах Грыжи тоже. Хоть каких то светлых обрывочных воспоминаний надо добавить на переломные для ребенка моменты

    А я до этого упоминал, что Маша раньше свободно перемешалась, пока не появилась Грыжа. Именно Грыжа загнала её за печку и лишила свободы. А светлых воспоминаний у Маши не было. Она лишь о варенье вспомнила, когда лопала земляничное варенье в доме Аглаи. И я ещё упоминал, что Маша не уверена в своих воспоминаниях. К примеру, она не помнит мать, но в памяти что-то всё же всплывает, и это может быть всего лишь её фантазия.

    Цитата Verik ()

    сам-то пробовал гречку, размоченную водой? без соли? не вареную? Скорей уж есть можно, мягкие зернышки.

    Я знаю, о чём пишу в этом случае. :) Я гречку так готовлю: насыпаю крупу в кастрюлю, заливаю кипятком и оставляю на час-два. Гречка полностью распаривается. Вкусно. Некоторые термосом пользуются. Иногда так делаю: заливаю чуть-чуть гречки холодным (холодным!) молоком и оставляю на ночь. Утром она уже мягкая и вкусная. Остаётся только мёда добавить. Маша залила простой холодной водой и ей понравилось, ведь она пищей не избалована. Ей всё, что съедобно - вкусно. Да и к соли она вряд ли привыкла.

    Цитата Verik ()

    если Луна подруга, то почему ранее Маша не рассказывала про свои горести Луне, живя в будке?

    Так это всё описано было. Маша постоянно с луной беседует, обо всём ей рассказывает. И когда в будке жила это было.

    Цитата Verik ()
    вот еще вопрос. Деревня вся безлюдная совсем? ни участкового, никого? у тебя описана такая безнадега, а гос службы никоим образом не гоняют, что алкашей, что полубеспризорников? может мост какой сломаешь перед деревней и райцентром? который некому чинить, а ранее как-то органы все реагировали.

    Деревня наверняка уже считается мёртвой. Никому до неё дела нету. Там именно безнадёга, мрак полный. А насчёт Маши у меня такая идея появилась - в городе сгорело учреждение, где хранятся документы, и социальные службы просто забыли о существовании девочки Маши. Как идея? Ещё бы узнать, где такие документы хранятся. :)

    Цитата Verik ()

    чей голос? похожий на Аглаю или нет? девочка так взяла и пошла?

    Ну не сразу пошла. Там дальше будут сомнения Маши.

    Verik, большущее спасибо! ng Ошибки все исправлю.


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    VerikДата: Воскресенье, 20.05.2018, 10:42 | Сообщение # 113
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    в городе сгорело учреждение, где хранятся документы, и социальные службы просто забыли о существовании девочки Маши. Как идея? Ещё бы узнать, где такие документы хранятся. :)

    архив областной. и можно еще добавить, что в газетах писали, что принесите документы для восстановления архива, а на этой газете как раз и выпивка родителей Маши стояла, поэтому не принесли.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    VerikДата: Воскресенье, 20.05.2018, 10:43 | Сообщение # 114
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    Маша залила простой холодной водой и ей понравилось

    эксперимент проведи. У меня дитя так заливало года в 2. и мне пробовать давало.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    VerikДата: Воскресенье, 20.05.2018, 11:05 | Сообщение # 115
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    Я гречку так готовлю: насыпаю крупу в кастрюлю, заливаю кипятком и оставляю на час-два.

    Маша вряд ли знает, что надо на час-два оставлять, по идее и по логике голодного ребенка она должна пробовать попеременно. Да еще, логичней будет если она нашла сухую гречку, пожевала, захотела пить и вода случайно пролилась на гречку и Маша сначала расстроилась, а потом удивилась вкусу. Как он изменился по сравнению с сырыми зернышками



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    VerikДата: Воскресенье, 20.05.2018, 11:07 | Сообщение # 116
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    еще информации мало о том, кто такая Аглая, может подсказки какие оставишь читателю, ведь деревня мрак с пропойцами, а у Аглаи книги с фотками живности, дорогие скорей всего по меркам алкашни. Да и еще, если старушка мертвая лежит, то труп обычно пахнгет сильно


    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    VerikДата: Воскресенье, 20.05.2018, 11:08 | Сообщение # 117
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    вот в то, что Маша объелась варенья и ее стошнило верится.


    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Вторник, 22.05.2018, 08:56 | Сообщение # 118
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    архив областной. и можно еще добавить, что в газетах писали, что принесите документы для восстановления архива, а на этой газете как раз и выпивка родителей Маши стояла, поэтому не принесли.

    Это я всё обдумаю. Но эту информацию я на потом отложу, на другой период жизни Маши.

    Цитата Verik ()
    эксперимент проведи. У меня дитя так заливало года в 2. и мне пробовать давало.

    В любом случае зёрнышки размокнут и можно будет есть. Уж лучше, чем сухие зёрна. :)

    Цитата Verik ()
    Маша вряд ли знает, что надо на час-два оставлять, по идее и по логике голодного ребенка она должна пробовать попеременно.

    Так вышло всё неосознанно. Маша залила гречку водой, потом объелась варенья и несколько часов мучилась. Она не ждала, когда гречка размокнет. Когда мучения кончились - попробовала, что получилось. Она в это время не была голодная. И вообще, в доме Аглаи она про голод забыла. Кроме гречки у неё макароны, сухари, сушёные яблоки, мука...

    Цитата Verik ()
    Да еще, логичней будет если она нашла сухую гречку, пожевала, захотела пить и вода случайно пролилась на гречку и Маша сначала расстроилась, а потом удивилась вкусу. Как он изменился по сравнению с сырыми зернышками

    Она просто вспомнила, что так делала мать. Вообще, кроме гречки, многие крупы на время заливают водой. Рис, например. Фасоль, горох.

    Цитата Verik ()
    еще информации мало о том, кто такая Аглая, может подсказки какие оставишь читателю, ведь деревня мрак с пропойцами, а у Аглаи книги с фотками живности, дорогие скорей всего по меркам алкашни. Да и еще, если старушка мертвая лежит, то труп обычно пахнгет сильно

    Была мысль сделать жизнеописание Аглаи, но я передумал. Захотелось, чтобы она оставалась таинственной, непонятной. Да, в деревне она как белая ворона. Но это часто бывает.

    Цитата Verik ()
    Да и еще, если старушка мертвая лежит, то труп обычно пахнгет сильно

    Это отличное замечание. Я в тексте упомянул, что Аглая не разлагалась, а мумифицировалась странным образом. Даже Маша заметила, что труп, пролежавший много времени, не так должен выглядеть. Это колдовство.

    Цитата Verik ()
    вот в то, что Маша объелась варенья и ее стошнило верится.

    Она ребёнок всё-таки. Дорвалась до сладкого. :)

    Verik, спасибо! :) :) :)


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    VerikДата: Вторник, 22.05.2018, 17:59 | Сообщение # 119
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    Она не ждала, когда гречка размокнет.

    у тебя там в описаниях она именно так по взрослому рассудила: веник взяла, подмела, там еще твои авторские слова, что чем ждать, лучше...
    Цитата трэшкин ()
    Она ребёнок всё-таки. Дорвалась до сладкого. :)

    гм, любого стошнит, если он полуголодный объестся.
    Цитата трэшкин ()
    Захотелось, чтобы она оставалась таинственной, непонятной. Да, в деревне она как белая ворона. Но это часто бывает.

    ну можно хотя б какие наметки дать туманные



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Среда, 23.05.2018, 10:39 | Сообщение # 120
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    ну можно хотя б какие наметки дать туманные

    Намётки будут. Я к твоему замечанию прислушался и у меня появилась хорошая идея насчёт Аглаи. Будет краткая история про неё, но потом, когда Маша уже прибудет в безопасное место в лесу. :)

    Цитата Verik ()

    гм, любого стошнит, если он полуголодный объестся.

    Маша уже не полуголодная. Но обжорство всегда чревато последствиями. :)

    Цитата Verik ()
    у тебя там в описаниях она именно так по взрослому рассудила: веник взяла, подмела, там еще твои авторские слова, что чем ждать, лучше...

    Ты права. Но Маша решила ждать скорее инстинктивно. Да и помнила, что мать, скорее всего, ждала.

    Добавлено (23.05.2018, 10:39)
    ---------------------------------------------
    Продолжение главы:

    - Я долго буду тебя ждать? – Аглая, похоже, теряла терпение. – Живо ко мне! И не бойся, как раз я-то тебе зла не причиню. Опасность идёт совсем с другой стороны, девочка.
    Маша взглянула на входную дверь. Был вариант: убежать и больше в этот дом не возвращаться. Здесь страшно, тут покойники разговаривают. Но куда бежать? За порогом враждебный мир, там смерть – выйдешь за пределы двора и растеряешься, оцепенеешь, взвоешь от безысходности. Нет, уж лучше пересилить страх и пойти к Аглае. К тому же она сказала, что не причинит зла. Как же хотелось в это верить. От переизбытка эмоций даже голова закружилась.
    - Я жду, - донеслось из комнаты.
    И Маша, стиснув зубы, решилась. Подошла на ватных ногах к дверному проёму. Постояла несколько секунд в смятении, после чего, собрав всю волю в кулак и намереваясь, если что, сразу же пуститься наутёк, отодвинула занавеску.
    Спальню заливал падающий в окно лунный свет. Он ясно вырисовывал очертания предметов. Аглая лежала на койке, скрестив руки на груди. Она была в тёмном платье, чёрная косынка прикрывала глаза, сухая кожа обтягивала череп.
    Маша в точности не знала, но ей казалось, что не так должен выглядеть труп, пролежавший долгое время. Аглая походила на большую куклу, сшитую из осенних листьев. Рядом с ней на койке лежали пучки каких-то трав, а возле головы располагалось с десяток больших белых перьев. Всё в комнате было словно бы застывшим во времени, а ведь Маша ожидала увидеть не такую спокойную картину. И даже облегчённо выдохнула от того, что её ожидание не оправдалось. Никакого ходячего трупа. Всего лишь спальня, лунный свет и недвижимая, как и полагается покойникам, старуха.
    Ничего ужасного.
    Вот только этот холод. И голос:
    - Пересилила-таки страх. Молодец.
    Он доносился не от Аглаи. Маша заметила на столешнице возле окна какое-то движение. Там стояло небольшое круглое зеркало, и внутри него клубилось что-то, похожее на сизый дым.
    - Подойди.
    Голос исходил от зеркала. Маша больше не говорила себе: «Этого не может быть». Полностью доверившись зрению, слуху и покойной Аглае, она проследовала к столешнице. Любопытство подавило страх, да и лунный свет действовал успокаивающе.
    Дымка в зеркале на мгновение застыла, а потом принялась закручиваться наподобие водоворота. Скорость вращения увеличивалась. Маша завороженно глядела на дымную круговерть, не в силах оторвать взгляд от этого зрелища. Для неё перестали существовать комната, покойница на кровати, запах сухих трав. Было только странное зазеркалье. Маша ощущала, как что-то внутри неё рвётся наружу, желая стать частью круговерти. Почему нет? Пускай летит навстречу неизвестности. И Машу вдруг закружило, словно невесомое пёрышко, понесло в неведомые глубины. Не было ни страха, ни тревоги. Дымный водоворот затягивал, затягивал. Вокруг мелькали какие-то неясные силуэты.
    А потом вращение резко прекратилось. Дымка разлетелась в разные стороны, и Маша, к своему изумлению, обнаружила себя на вершине холма. Пейзаж был просто чудесный: в ночном небе сияла луна – такая же огромная, как в снах Маши. Звёзды странным образом вращались вокруг неё, оставляя за собой медленно гаснущие яркие полосы. А внизу колыхалась трава. Целый океан трав. По нему пробегали серебристые воны.
    Маша ощущала дыхание тёплого ветра. Воздух был наполнен приятными цветочными ароматами. Откуда-то доносилась тихая, немного печальная мелодия – играли скрипки, флейты. «Где я?» - спрашивала себя Маша. Такого чудесного места она и представить не могла. Мир, где полностью властвовала луна. Прекрасно, волшебно. Этот посеребрённый ночным светилом безбрежный травяной океан… Маше хотелось броситься в него с холма и плыть, плыть в неведомые дали.
    - Ну здравствуй, беглянка, - раздался голос сзади.
    Маша оглянулась. В нескольких шагах от неё стоял застеленный пёстрой скатертью круглый стол. Большой медный самовар блестел, отражая лунный свет. Тут же красовались изящные чашки с блюдцами. Плетёная корзинка с очень аппетитными на вид булочками. Вазочки с вареньем.
    За столом сидела Аглая. Она была в белом платье, голову покрывала белая же косынка. На морщинистом лице пожилой женщины играла ласковая улыбка, в прищуренных лучистых глазах горели тёплые огоньки.
    - Присаживайся, - она кивнула на стул с другой стороны стола. – Чайку попьём, поболтаем о том, о сём. Нам ведь есть, о чём поболтать, верно?
    Маша, не раздумывая приняла приглашение. Она чувствовала себя в полной безопасности впервые после побега из вонючего дома. Всё здесь действовало на неё успокаивающе – и фантастический пейзаж, и стол с самоваром, и Аглая. Уютно было и легко, как в самом сладком сне.
    Аглая налила в чашку чаю и передала её Маше. Та сделала глоток и подумала, что это самый вкусный напиток на свете. У него был вкус лета.
    - Не стесняйся, угощайся, - жестом руки Аглая указала на варенье и булочки.
    Какое-то время сидели молча. Маша выпила чай, попробовала варенье и съела булочку, любуясь плывущими вокруг луны созвездиями. Скрипки и флейты то умолкали, то снова начинали звучать – музыку словно бы приносил лёгкий ветерок.
    - Обжилась ты в моём доме, - заговорила Аглая. – Хозяйкой стала. Но ты ведь чувствуешь, что опасность не миновала. Твой враг принюхивается. Завтра Грыжа заявится, я это точно знаю.
    Маша отодвинула пустую чашку. Больше не хотелось ни чая, ни варенья. Так было хорошо, а Аглая взяла да напомнила о страшном и неизбежном. Добавила ложку дёгтя в бочку с мёдом.
    - А мне можно остаться здесь? – робко поинтересовалась Маша.
    - О нет, - с усмешкой отозвалась Аглая. – Твой срок ещё не пришёл. Когда-нибудь. Возможно. Но не сейчас.
    - Пожалуйста…
    - Давай-ка без этих «пожалуйста», девочка! – в голосе Аглаи появились стальные нотки. – Ты даже не понимаешь, насколько бессмысленна твоя просьба. Остаться здесь? Да у тебя впереди ещё долгий путь. А тут конечная остановка, поезд дальше не идёт.
    - Не понимаю, - обиженно промямлила Маша.
    - А тебе и не нужно ничего понимать. Пока. Придёт время, поймёшь.
    - А как же Грыжа? Сами же сказали, что она завтра заявится. Мне что, сидеть и её дожидаться, что ли?
    - Зачем дожидаться? Ты что, кукла безвольная? Она заявится, и не застанет тебя, - Аглая деловито взяла пустую кружку и налила ещё чаю. – Ты уйдёшь. В лес уйдёшь.
    - Что? – опешила Маша.
    - А что слышала. Далеко в лесу есть одно место. Там ты будешь в безопасности. К тому же, он уже ждёт тебя.
    - Кто «он»?
    Аглая уставилась на луну и несколько секунд сидела с загадочным видом.
    - Всему своё время. Скоро всё сама узнаешь.
    Маша нахмурилась. Одна только мысль о том, что придётся идти в лес, приводила в ужас. Да ещё этот таинственный «он», который зачем-то ждёт её. С одной стороны Грыжа, а с другой пугающая неизвестность. И выбора ведь нет. Неизвестность по-всякому лучше Грыжи.
    - Но как же я одна, да через лес?..
    Аглая перевела взгляд на Машу, в её глазах горел призрачный, словно бы заимствованный у луны, свет.
    - Лес тебя не обидит. Ни один зверь тебя не тронет. Ты веришь мне?
    Маша кивнула. Да, она действительно верила, но это слабо утешало. Ох, как же не хотелось покидать дом. Мечтала ведь долго-долго прожить в нём. И продуктов в ящике ещё было достаточно, и в погребе целая куча неоткрытых банок и бутылей. Нечестно. Словно бы только пустила корешки в почву, а теперь её с корнями и выдирают, бросают в неизвестность. Ну почему проклятая Грыжа всегда всё портит? Почему не оставит в покое?
    - Не раскисай, слышишь? – сердито заявила Аглая. - Ишь губы надула… Боязно? А ты страх-то побори, сделай над собой усилие. И гляди в будущее с надеждой, даже если на душе кошки скребут. А главное, пони: луна любит тебя.
    Маша расправила плечи. Слова Аглаи подействовали ободряюще.
    - Луна любит меня, - повторила она.
    - Вот-вот. Именно так. Ты пей чаёк-то, пей. И булочки кушай.
    Кивнув, Маша послушно взяла кружку. Аглая откинулась на спинку стула, ветер трепал её седые, выбивающиеся из-под косынки, пряди волос.
    - Помнишь, я тебе сказала, что однажды мы снова встретимся и поможем друг другу? А ты ведь в это и верить перестала, когда узнала, что я мертва. Верно? Да что уж говорить, многие перестали бы… Но мы всё же встретились. И сидим теперь себе, чаёк попиваем… Мёртвая старуха и маленькая девочка. Это доказывает, что в хорошее нужно верить всегда, несмотря ни на что. Иначе край, уныние.
    В противоположной от луны стороне небо светящейся полосой расчертила падающая звезда. Затем ещё одна. И ещё… Будто бы волшебные стрелы пронзали космический мрак. Маша залюбовалась этим зрелищем. А Аглая, сделав глоток чая, продолжила:
    - Будем считать, дорогая, что я сдержала своё слово, помогла тебе, указала путь. А теперь пообещай, что поможешь мне.
    - Конечно! – выпалила Маша. – Конечно, я обещаю. Но как помочь-то?
    - Да всё просто. Ты должна похоронить меня. Закопаешь в землю ту высохшую оболочку, что лежит в доме на койке. Негоже быть не похороненной. Сейчас и в ближайшее время ты этого сделать не сможешь. Но когда-нибудь. В будущем… В том месте, где ты скоро окажешься, есть старое кладбище. Это чистая территория, без скверны. Похоронишь моё тело там.
    Маша кивнула.
    - Похороню. Обещаю.
    Аглая вздохнула, на её лице отразилась печаль.
    - А теперь ты должна идти. Припасов с собой много не бери, голодать тебе не придётся. И, прежде чем покинуть дом, разбей зеркало, в нём больше нет надобности, - она на секунду задумалась. – Ах да, ещё кое-что… У меня под койкой стоит бутыль. Уже когда будешь из дома выходить, расколоти её. Просто грохни со всей силы об пол и сразу же уматывай. Запомни: сразу же! Не медли ни секунды, а то пожалеешь. Всё уяснила?
    - Угу, - буркнула Маша. – Но как же я дорогу-то найду к этому вашему безопасному месту?
    Аглая усмехнулась, подмигнула.
    - Не бойся, не заблудишься. Мотыльки укажут тебе путь.
    Маша уже собиралась поинтересоваться, что за мотыльки такие, как в воздухе над столом вдруг что-то засияло, затрепетало. Излучающие голубоватый свет мотыльки появились словно бы из ниоткуда. Только что не было, и вот они. Крупные, суетливые. Целая стайка.
    - Ну всё, - подвела итог Аглая. – Прощай, девочка. Скоро у тебя начнётся иная жизнь. Ты заслужила перемены.
    - Постойте! – разволновалась Маша. – Можно мне побыть здесь ещё немного? Ну совсем чуть-чуть. Тут так красиво…
    - Увы нет, - отрезала Аглая. – Время – безжалостная штука. Часы тикают, а нынешней ночью тебе предстоит пройти длинный путь. Ты должна добраться до безопасного места до утра, ведь на рассвете мотыльки исчезнут, и ты останешься без поводырей.
    Маша хотела спросить, увидятся ли они снова, но не успела: вокруг всё закружилось – громадный шар луны, созвездия. Звуки музыки унеслись вдаль. А потом пространство словно бы скомкалось, будто лист фольги.
    И Маша оказалась в доме, рядом со столешницей, на которой стояло зеркало. В зазеркалье вместо дымного вихря была темнота. Чудеса закончились. Пора собираться в путь.
    Послышался сухой шелест. Маша насторожилась, заозиралась. Взгляд остановился на покойнице на кровати. Губы мёртвой старухи шевелились. Мгновение – и из её рта выбрался светящийся мотылёк. За ним протиснулся следующий. Зрелище это было не из приятных, однако Маша не отвела взгляда. Скоро в комнате, шелестя крыльями, летало уже с десяток мотыльков. Стайка метнулась к потолку, к стенке, к окну, затем суетливым потоком вылетела в гостиную. Маша отправилась следом. Она увидела, что мотыльки устремились к выходу. Один за другим они уселись на дверь и застыли, очевидно, в ожидании, что их выпустят.
    Выпускать поводырей Маша пока не спешила. Стараясь больше не подпускать печальные мысли, она положила в холщовую сумку пакеты с сухарями, тыквенными семечками и сушёными яблоками. Хотелось взять побольше продуктов, но Маша благоразумно от этого воздержалась – тяжело нести будет, а как сказала Аглая, путь предстоял неблизкий.
    Как ни старалась, а грусть всё же усиливалась с каждой минутой. Тяжело было покидать дом. Даже комок к горлу подкатил. Маша то и дело вздыхала, вспоминая, как обнаружила кучу припасов на кухне и в погребе, как ела варенье, как любовалась картинками в книгах. Здесь она испытала радость, почувствовала, что такое свобода, самостоятельность. А теперь этот коротенький отрезок жизни закончился. Впереди ждала пугающая неизвестность и какой-то таинственный «он», о котором упоминала Аглая.
    Маша прошла в спальню. Чуть поколебавшись, взяла зеркало и швырнула его об стенку. Отражая лунный свет, осколки со звоном посыпались на пол. Была загадочная вещица, и нету. Жалко. Но что поделать, указания Аглаи нужно выполнять.
    А значит, настал черёд сделать следующий шаг.
    Вытащив объёмную стеклянную бутыль из-под кровати, Маша проследовала к входной двери, где её дожидались сумка с припасами и мотыльки. У порога замялась, стушевалась. Нужно было что-то сказать на прощание – дому, покойной хозяйке, - но в голову ничего не приходило. Да и чувствовала: если сейчас хоть слово произнести, слёзы из глаз хлынут. Пускай уж прощание будет молчаливым.
    Тяжело вздохнув, Маша приоткрыла дверь. Мотыльки тут же сорвались с места, выпорхнули наружу и собрались стайкой у подножья крыльца. Маша решительно разбила бутыль об пол: бах! Воздух в доме сразу же наполнился густой вонью. Это был запах разлагающейся плоти – мощный, невыносимый. Охнув, Маша схватила сумку, выскочила на крыльцо и поспешно закрыла за собой дверь. Сделала глубокий вдох. Свежий воздух. После той вони он казался чудом.
    Ну а теперь – в путь.
    «Нужно верить в хорошее», - мысленно произнесла Маша, вспомнив поучения Аглаи. И спустилась с крыльца. Мотыльки, описав в воздухе круг, полетели к калитке.
    Тёплый весенний вечер незаметно подбирался к границе ночи. Полная яркая луна забралась уже высоко на небосводе. Сияли звёзды. Со стороны деревни доносился обрывистый хриплый голос – какой-то пьяный мужик горланил песню про Костю моряка.
    Снова ощущая себя беглянкой, Маша быстро шагала за мотыльками. Она не оглядывалась – почему-то у неё была уверенность, что оглядываться нельзя. Вот вбила себе в голову, и всё тут. Да и на что там глядеть, кроме дома Аглаи? На деревню, где давно поселилось зло и равнодушие?
    Какое-то время мотыльки летели вдоль опушки, а потом, озарив своим сиянием малоприметную тропку, ринулись в пределы леса. Стиснув зубы, Маша заставила себя двинуться следом. Чтобы хоть немного заглушить страх, она мысленно повторяла: «Лес не обидит меня! Звери не тронут! Луна любит меня. Луна меня любит!»


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.


    Сообщение отредактировал трэшкин - Четверг, 24.05.2018, 08:14
     
    VerikДата: Среда, 23.05.2018, 18:14 | Сообщение # 121
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    онА непрерывно мысленно повторяла: «Лес не обидит меня! Звери не тронут! Луна любит меня. Луна меня любит!»

    красным лишнее, повторяла уже и так по логике непрерывно



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    VerikДата: Среда, 23.05.2018, 18:23 | Сообщение # 122
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    трэшкин, когда пишешь свои произведения, то хотя бы разделяй на большие части.
    например, про Машу можно озаглавить Прошлое Маши или еще как и пихать это не в основной текст, а отдельно или вообще замути 2 части. 1 про Машу, Аглаю, а 2-я про Семку. А то понимаешь, читатель читает как бы книгу в книге. Ну или второй вариант, размазать прошлое Маши в виде воспоминаний по реально описываемому тобой миру, выделяя курсивом к примеру.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Четверг, 24.05.2018, 08:14 | Сообщение # 123
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    красным лишнее, повторяла уже и так по логике непрерывно

    Согласен. Исправлю.

    Цитата Verik ()
    трэшкин, когда пишешь свои произведения, то хотя бы разделяй на большие части.
    например, про Машу можно озаглавить Прошлое Маши или еще как и пихать это не в основной текст, а отдельно или вообще замути 2 части. 1 про Машу, Аглаю, а 2-я про Семку. А то понимаешь, читатель читает как бы книгу в книге. Ну или второй вариант, размазать прошлое Маши в виде воспоминаний по реально описываемому тобой миру, выделяя курсивом к примеру.

    Ты абсолютно права. И я сделаю вот как: сначала в романе будет прошлое (история маленькой Маши), затем вторая часть - настоящее (Маша-Хлоя, Сёма). А то действительно получается большой разброс, персонажи для читателя могут забыться. Хорошее замечание. :)

    Verik, большое спасибо! ng


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    VerikДата: Четверг, 24.05.2018, 20:02 | Сообщение # 124
    Серебряная медалистка конкурсов
    Группа: Модераторы
    Сообщений: 1782
    Статус: Не в сети
    Цитата трэшкин ()
    А то действительно получается большой разброс, персонажи для читателя могут забыться. Хорошее замечание.

    кстати в прошлых произведениях тоже такое у тебя. Читаешь вроде про одного героя историю, потом бац, про другого. А так как пишешь интересно, то один забывается другим.



    Писать нужно о том, о чем ты не сказать не можешь. Тогда есть шанс, что это будут читать.
     
    трэшкинДата: Четверг, 14.06.2018, 09:56 | Сообщение # 125
    Первое место на конкурсе "Камень удачи".
    Группа: Издающийся
    Сообщений: 3795
    Статус: Не в сети
    Цитата Verik ()
    кстати в прошлых произведениях тоже такое у тебя. Читаешь вроде про одного героя историю, потом бац, про другого. А так как пишешь интересно, то один забывается другим.

    Ну, если читать книгу, а не отрывки на сайте, то всё выглядит иначе. :)

    Добавлено (14.06.2018, 09:56)
    ---------------------------------------------
    Глава седьмая:

    Ей мерещилось, что за деревьями кто-то скрывается. И этот «кто-то» преследует, наблюдает. Ночной лес не был безмолвным – то дерево скрипнет, то шорох послышится. Лунный свет с трудом пробивался сквозь кроны, однако его было достаточно, чтобы Маша различала тропку.
    Она шагала быстро, стараясь не отставать от мотыльков-поводырей. От каждого звука у неё замирало сердце, и иногда ей казалось, что деревья тянут к ней мохнатые лапы-ветви, пытаясь схватить, утащить в мрачные чащобы. В такие моменты она принималась мысленно кричать: «Лес не обидит меня! Не обидит!..» Это немного успокаивало. Временно.
    Идти было нелегко. В босые ступни врезались выступающие из земли корни, обломки веток. Непривыкшие к долгой ходьбе ноги требовали отдыха. Маша завидовала неутомимости мотыльков – те порхали над тропкой, словно частички неиссякаемой энергии.
    Заухал филин. Ветерок зашелестел листвой.
    Чтобы взбодрить себя, Маша принялась думать о том, что каждый шаг отдаляет её от Грыжи, от поганой деревни. Всё злое осталось далеко позади. «Осталось ли? А может, идёт по пятам?» - встревал подлый внутренний голосок. Маша старательно, но безнадёжно пыталась его заглушить – и без него тошно. Так и шагала в полном смятении.
    Тропинка исчезла. Путь стал совсем трудным. Приходилось пробираться через густые кустарники, огибать овраги и поваленные деревья. Мышцы ног ныли, руки избороздили ссадины. На фоне страха начала пробиваться обида: да когда уж эти мотыльки приведут в обещанное Аглаей безопасное место? Маше казалось, что она продирается через лес целую вечность, что ночь эта заколдованная, бесконечная. Обида вызвала бунтарскую мысль: сесть под деревом и не вставать. И будь что будет. А мотыльки пускай себе летят куда хотят. Ну, в самом деле, сколько можно топать? Сумка с припасами уже казалась невероятно тяжёлой, а ноги словно бы к земле прилипали – не хотели шагать и всё тут. Приходилось заставлять их. Да и себя тоже.

    Но вот ночная влажная духота сменилась утренней свежестью. Сияние луны померкло, лес погрузился в предрассветные сумерки. Над землёй, цепляясь за коряги и кустарник, поползли серые клочья тумана. И без того насыщенные запахи, обострились – ароматы трав, смолы.
    Мотыльки полетели быстрее, и Маша была вынуждена прибавить шаг. Она почти бежала – на пределе, уговаривая себя не сдаваться. «Ещё немного, ещё чуть-чуть!» - эти подбадривающие слова колотились в голове в такт биения сердца. От ясного предчувствия, что цель путешествия близка, открылось второе дыхание. Да и предрассветный лес уже не казался мрачным и враждебным.
    Туман становился гуще с каждой минутой. Сумерки рассеивались. Воздух наполнился пением птиц. Исходящее от мотыльков свечение тускнело, и Маша встревожилась: только бы они успели довести её до заветного места! Только бы не исчезли! От мысли, что она может остаться без крылатых поводырей, ей становилось жутко. Одна, в лесу? Куда идти, что делать? Этот лес представлялся Маше бескрайним – сколько не иди, не выйдешь из него. Да, где-то далеко позади проклятая деревня. Но лучше уж здесь сгинуть, чем вернуться и попасть в лапы Грыжи. Бескрайний лес. А то, что на картинках в журналах и книжках – это слишком далеко, возможно, даже не в этом мире.
    К ужасу Маши один из мотыльков резко взмыл вверх и исчез, растворившись в воздухе. А следом за ним второй. Рассвет уже золотил кроны деревьев, заискрилась роса.
    Маша старалась не обращать внимания на боль в ногах, на то, что от усталости кружилась голова. Она бежала за поводырями, умоляя их не исчезать. Только бы успеть! Ещё немного, ещё чуть-чуть!..
    Третий мотылёк растворился в воздухе. Четвёртый. Маша споткнулась, упала, но заставила себя тут же подняться. Теперь каждый шаг казался ей подвигом. Она ненавидела солнце за то, что оно уничтожает мотыльков. Не могло что ли выползти чуть позже? Подлое, злое солнце!
    Сразу два поводыря одновременно исчезли. Осталось четверо. Морщась от боли, Маша могла теперь только ковылять. Силы кончились, второе дыхание иссякло. А вокруг уже вовсю радостно щебетали птицы. Неспешно, обволакивая стволы деревьев, клубился туман.
    Мотыльков осталось трое. Они с каким-то отчаянием подлетали к Маше и сразу же уносились вперёд, требуя, чтобы она ускорила шаг. Поводыри стали почти прозрачные, они сливались с туманом.
    На последнем издыхании Маша продралась сквозь молодую поросль и обессиленно опустилась на траву.
    Дошла!
    Справилась!
    Она была уверена, что перед ней то самое место, о котором говорила Аглая. Да и мотыльки это подтверждали: они больше не суетились, не рвались вперёд. Порхали себе спокойно, становясь с каждой секундой всё призрачней.
    Перед взором Маши искрилась в первых лучах солнца гладь большого пруда. Берега поросли камышом, в воде красовались кувшинки. С другой стороны водоёма виднелись гнилые развалины домов – обвалившиеся крыши, овитые плющом стены, чёрные провалы окон. От некоторых строений осталось лишь уродливое нагромождение замшелых трухлявых брёвен. Всюду властвовал бурьян. Маша подумала, что в этой деревне люди жили так давно, что и представить сложно. С тех пор, должно быть, ну очень много зим весной сменилось. Почти ничего ведь от деревушки не осталось. Тлен да труха. Но это ведь то самое безопасное место Аглаи. А почему нет? Здесь спокойно.
    Маша растянулась на траве. Решила отдохнуть немного, прежде чем хорошенько осмотреться. Прикрыла глаза и сразу же уснула. Ей привиделся мир огромной луны. Серебристые волны пробегали по океану трав, в небе кружились созвездия. Холм, самовар, Аглая в белом платье – она разлила по чашкам чай и заговорила:
    - Люди здесь жили особенные. Община. В восемнадцатом веке они пришли в эти места из Московской губернии, спасаясь от гонений. Тут было поспокойней. Дома поставили, храм построили, обжились. Луне эти люди поклонялись, а она им силу особенную дарила. Не всем, а лишь тем, кого считала достойными. У неё своё мерило. Можно хоть каждый день на её алтарь дары приносить, а она всё равно тебя не выберет. Или выберет. Пути Луны неисповедимы.
    Аглая глотнула чаю и продолжила:
    - Неплохо здесь эти люди жили. Иногда в город ездили, на рынке мёд, варенье, рукоделие продавали. Снадобья целебные опять же. Было им, что городским предложить. Цены не заламывали, товар быстро расходился. Городские торговаться с ними даже не пытались. А если кто-то всё же начинал канючить, что, мол, неплохо бы цену сбавить, всё равно, в конце концов, покупал по установленной цене. Умели эти люди убеждать, навязывать свою волю. Однако, даром своим не злоупотребляли особо, опасаясь новых гонений. А ещё они могли видеть то, что простым смертным видеть не дано. Но этот дар в большом секрете держался. И вообще, вели себя лесные люди крайне осторожно.
    Маша слушала, разглядывая созвездия. Монотонный голос Аглаи, словно бы обволакивал её:
    - Не было в общине ни религиозной строгости, ни тем более сектантского фанатизма, ни особых канонов. По простым общечеловеческим законам жили. А те, кто силой Луны был наделён, на других свысока не смотрели. Каждое новолуние праздники устраивали. Девушки хороводы водили, парни силой мерились. Влюблялись, женились, детей рожали, ссорились… Всё, как у всех. Со стороны взглянешь – обычные люди со своими радостями и проблемами. Посторонних в общину принимали неохотно, но случалось. Перед этим старейшины долго советовались, оценивали кандидата. Частенько отворот-поворот давали. И уж точно насильно к себе никого не тянули, не агитировали, как нынешние религиозные организации.
    Аглая помолчала немного и продолжила:
    - В двадцатых-тридцатых годах нелёгкие были времена. Однако лихо общину стороной обошло, репрессивный каток советской власти её миновал. В отличие от старообрядцев, община которых была неподалёку. Тем ох как туго пришлось.
    Маша не всё понимала - советская власть? Старообрядцы? – однако, общий смысл улавливала. Голос Аглаи теперь звучал немного отстранённо, словно она, забывшись, глядела сейчас прямиком в прошлое и не подозревала, что её кто-то слушает.
    - А потом началась война, - в глазах Аглаи отразилась тоска. – Великая отечественная война. Мужчины и многие женщины общины на фронт ушли – в этом вопросе ни у кого не было дилеммы. Когда грозила большая беда община всегда убегала, но не в этом случае. Враг пришёл, значит нужно сражаться вместе со всеми, даже если ты живёшь особняком и в остальное время огораживаешь себя стеной леса. Те, кто остались – женщины, старики, дети – тоже не остались в стороне. Когда фашисты вторглись в эти места, помогали партизанам. За что и поплатились. Люди леса обладали силой Луны, но она оказалась беспомощной против карательного отряда, против автоматов и пулемётов. Сбежали единицы, среди которых была и я, тогда ещё молодая женщина. Остальных, включая старейшин, фашисты загнали в наш храм, чтобы сжечь заживо. Я видела всё, что тогда происходило. Пряталась в зарослях камыша у пруда и смотрела, давясь слезами. Вокруг щебетали птицы, лес шумел, но я уже воспринимала эти такие родные звуки по иному, словно какую-то погребальную музыку. Немцы подожгли храм. С каким же холодным равнодушием на лицах они это сделали. Будто внутри вовсе и не было людей. Хотя, они не могли не слышать этот многоголосый плач – я до сих пор его слышу. Боль, отчаяние, страх… В какой-то момент мне захотелось выйти из своего укрытия, чтобы принять смерть вместе со всеми. Но сдержалась. Храм разгорался. Фашисты стояли вокруг него, готовые пустить в ход автоматы, если кто-то вздумал бы сбежать через окна. Огонь взбирался по стенам, а я лежала в камышах и думала, что там, в храме, сейчас задыхаются от дыма моя мать, дед, мои подруги… Я как наяву видела их искажённые мукой лица. Рассудок балансировал на грани, я просто чудом не потеряла сознание. А потом случилось нечто очень странное: плач и крики резко прекратились, послышался мощный вибрирующий гул. Немцы начали растерянно расступаться, а возле храма словно бы всё застыло, как на фотоснимке. Пламя, дым – они были недвижимы. Затем огонь и дым просто в воздухе растворились, а по стенам поползла чернота – густая, как патока, плотная. Она буквально обволакивала храм. Чёрные щупальца заволокли окна, опутали крышу. У немцев не выдержали нервы, они принялись истерично палить по храму из автоматов. А чернота тем временем окутала всё здание, его словно космическая тьма поглотила. Удивительное зрелище, жуткое и завораживающее. Гул стал такой, что земля дрожала. Воздух наполнился какой-то странной энергией – я лежала далеко от того места, но у меня по коже будто бы мураши бегали, а волосы, казалось, шевелились. Даже не представляю, что ощущали немцы, которые практически в эпицентре находились. Впрочем, большинство из них бросилось бежать. Опутанный чернотой храм вдруг стал размытым, его очертания смазались. Он замерцал и растворился в воздухе, словно его и не было. Просто исчез. Гул прекратился. Фашисты пришли в себя и поспешили убраться восвояси. А я выбралась из камышей и обнаружила на том месте, где храм стоял, лишь чёрную, будто выжженную землю.
    Аглая вздохнула, глядя на луну. Её глаза влажно блестели.
    - Так закончилась история лесной общины. Куда исчез храм? Куда пропали люди, которые в нём находились? Эти вопросы я задавала себе всю жизнь. Одно знаю точно: эти люди избежали гибели, иначе какой во всём этом смысл? Мне часто потом снился храм – чёрный как смоль, посреди густого тумана, словно потерянный во времени и пространстве. От него веяло тоской и одиночеством. Да, иногда цена спасения слишком высока…

    ***

    Грыжа давно присматривалась к дому Аглаи, но, как и остальные жители деревни, она боялась проклятия покойной ведьмы: «Кто переступит порог моего дома, тот сдохнет страшной смертью!» Жутковатая угроза.
    Однако жадность оказалась сильнее страха. Этим утром Грыжа растормошила своего нового сожителя Кольку Ефимова и буквально заставила его пойти с собой к дому Аглаи. О сбежавшей девять дней назад Маше она даже не думала. У неё была иная цель: мародёрство. В избе ведьмы ведь должно найтись хоть что-нибудь ценное? То, что можно продать. А всякие там проклятия… Да, страшновато, но всё это может оказаться глупым суеверием. Кто не рискует, как говорится…
    С собой прихватили бутыль самогона для храбрости и бодрости. Возле двора Аглаи выпили по стакану. Грыжа пыталась заставить Кольку зайти в избу, но тот упёрся: «Что угодно сделаю, но только не это. Сама иди, коль такая смелая». Поругались, поскандалили. Выпили ещё и помирились.
    Грыжа глядела на дом и вслух ругала Аглаю: «Не могла, сука старая, подохнуть нормально? Обязательно нужно было напоследок пакость сотворить?» Чем больше ругалась, тем сильнее заводилась. В порыве злости даже доску из калики выломала. А Колька в это время притихший стоял, на сожительницу взглянуть боялся – страшна она была в гневе, уродлива. За эти минуты он пожалел, что вообще с ней связался.
    Злость и алкоголь придали Грыже решительности. Распалившись, она ввалилась во двор и точно разъярённый носорог ринулась к дому. Теперь ей было на всё плевать. Проклятие? Да пошло оно! Это пускай местное быдло трясётся из-за угроз чокнутой старухи! Колька смотрел ей вслед с нескрываемым злорадством. Если эта бабища окочурится, переступив порог, он не расстроится. Надоела она ему за те три дня, что жил с ней. Вредная тварь, крикливая. Связался спьяну, а теперь хоть вой.
    Мощно впечатывая ноги-колонны в ступени, Грыжа поднялась на крыльцо, рванула на себя дверь. Та распахнулась и из дома выкатилась густая волна необычайно смрадного воздуха. Грыжа скривилась, зажала ладонями нос и рот. Глаза сразу же начали слезиться. Однако отступать она не собиралась. Вонь? Можно и потерпеть. Это не смертельно. Грыжа была привычной к вони, её собственное вечно потное тело смердело похлеще общественного сортира. Она даже заставила себя выдавить улыбку, бросая вызов покойной старухе: не с той связалась, старая ведьма! Да мне море по колено!
    Всё ещё прижимая ладони к лицу, Грыжа переступила порог. Дышала размеренно, сквозь пальцы, глаза сузила до щёлочек. Прошлась по гостиной, отметив, что некоторые вещи вполне годные. Часы с маятником к примеру. Стулья, половик. Книг много на полках – сгодятся как топливо для печки.
    Вонь буквально разъедала лёгкие. Грыжа поспешно вышла на улицу, отдышалась и снова ввалилась в дом. На кухне обнаружила много хороших вещичек: посуда, столовые приборы, даже какие-то крупы в ящике. Решила, что заберёт всё, ничего не оставит – не пропадать же добру? Она ощущала триумф. Не побоялась проклятья, вошла в дом! И ничего ужасного не произошло. Жива, здорова. И в награду за смелость – барахлишко старой ведьмы. Заслуженная награда.
    Осмотрев кухню, Грыжа вернулась к Кольке, велела, чтобы тот взял у соседа тачку и возвращался. «У старухи, есть чем поживиться, - потирая пухлые ладони, заявила она. – Несколько ходок придётся сделать, чтобы всё унести!» Выпили, и обрадованный Колька, едва ли не вприпрыжку, бросился в сторону деревни. Когда Грыжа сказала «…есть, чем поживиться», его убогое воображение нарисовало кучу банок с самогоном и радиоприёмник. Он давно мечтал о радиоприёмнике.
    Грыжа снова направилась к дому. У неё возникла отличная идея, как избавиться от вони, и она незамедлительно воплотила её в жизнь: нашла возле крыльца полусгнивший черенок от лопаты и разбила им все окна – пуская теперь чёртово логово проветривается.
    Минут через пятнадцать вернулся Колька с тачкой. В дом он всё равно заходить отказывался, и Грыже пришлось самой выносить вещи. Вытаскивала их наружу и ругалась беспрерывно: на Аглаю, на трусливых деревенских мужиков, ну и на Кольку, разумеется.
    Зайдя в спальню, она нервно сплюнула. Ей стало не по себе. Аглая лежала на кровати, как чёртова мумия. Труп почему-то не разложился, не сгнил, а усох. Это показалось Грыже очень ненормальным. Задерживаться в спальне она не стала, тем более, что и поживиться тут было не чем. Когда вынесла из избы всё, что заслуживало внимания, облегчённо выдохнула: хорошо поработала! Так не утруждалась с той ночи, когда расчленяла Фёдора.
    Загрузив тачку, они с Колькой двинулись в деревню – довольные, пьяные. Лишь спустя пару часов Грыжа ощутила жуткий зуд во всём теле. Чесалось так, что орать хотелось. А вонь из дома Аглаи словно прилипла к коже. После полудня на шее появились небольшие язвы. Грыжа не находила себе места от злости. Зуд сводил с ума. Она до крови расчёсывала кожу и вопила во всё горло, проклиная Аглаю. Теперь Грыжа понимала, какова цена её мародёрству.


    Кружат голову свобода
    И ветер.
    Пред тобою все дороги
    На свете.

    Tuha.
     
    Форум Fantasy-Book » Популярные авторы сайта » Триллер, ужасы, мистика » Семья (В чёрном-чёрном лесу стоит чёрный-чёрный дом.)
    Поиск:

    Для добавления необходима авторизация
    Нас сегодня посетили
    Verik, Аванэль, Гвидон, трэшкин, darken22, SunnyTouch, peotr, King-666, PlushBear, Hankō991988, Shteler, Фанни, nati__tt Гость