[ Новые сообщения · Обращение к новичкам · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Многомерность то Космическая Верность? (4) -- (Ботан-Шимпо)
  • Фильм на вечер (43) -- (Ellis)
  • Кто хочет подзаработать (0) -- (Ellis)
  • музыка помогающая творчеству (145) -- (virarr)
  • Замок дождя (3) -- (Иля)
  • Товарищ Каллиграфия (3) -- (virarr)
  • Страничка virarr (40) -- (virarr)
  • Зарисовка (41) -- (Hankō991988)
  • Давайте отдохнём. (909) -- (Валентина)
  • Глава из неэпического фэнтези (10) -- (Шая_Вайсбух)
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Архив - только для чтения
    Модератор форума: fantasy-book, Donna  
    Форум Fantasy-Book » Черновики начинающих авторов сайта » Архив отрывков » Охотник. Глава 1 и пролог. (Отрывок из рассказа моего брата, правда, недоделанный.)
    Охотник. Глава 1 и пролог.
    Зверь_9Дата: Суббота, 23.04.2011, 11:00 | Сообщение # 1
    Неизвестный персонаж
    Группа: Пользователи
    Сообщений: 6
    Статус: Не в сети
    Немного Недоделанный отрывок из рассказа моего брата. вот только не знаю, к какому жанру его отнести - к драмме, или боевику?

    (пролог вырезал и половину главы, слишком большой((()

    Охотник


    Глава 1
    Анабиоз

    Неделей раньше…

    Мой сон прервал солдатский хохот, брынчание гитары и громкие голоса. В купе нашего вагона стоял настоящий балаган. Конечно, конец срока, конец службе, возвращение домой, чем не повод для веселья, но вот веселиться хотелось далеко не всем.
    Я убрал голову от окна, и поудобней уселся на сиденье, а после, неспешно обвёл взглядом каждого из присутствующих, задерживая его почти на каждом. На их лицах играли радость, бурное веселье по поводу окончания своей службы. Но ведь завтра всё изменится, и для большинства далеко не в лучшую сторону. Два года отлучки от родины слишком многое могли изменить, но об этом могли догадываться лишь немногие. Почти все верили, что всё осталось как прежде, что всё у них будет хорошо. Что у каждого из них есть та самая, чудесная и неповторимая, СВОЯ жизнь. Но они вовсе не знали, что её больше нет. Эта жизнь должна была поменяться раз и навсегда, и очень болезненно сказаться на парнях. Однако я никакой нормальной жизни не имел прежде. Из родных у меня никого не осталось. Когда вернусь назад, домой, я даже не знаю, куда пойти кроме как к Глебу, моему армейскому другу. Мы познакомились с ним на первом году службы, а спустя некоторое время наш отряд отправили в Чечню на год. Во время одного из боёв Глеба подстрелили и его отправили в госпиталь, а потом и домой. Одни говорят, что если вернулся с армии на Родину раньше, то это счастье. Но что делать тем, кому больше нечего делать, кроме как в армии? Только воевать. Посвятить себя целиком и полностью защите родной страны, охранять спокойный сон граждан, рискуя своей жизнью в боях. Кому-то это покажется довольно глупым, рисковать ради незнакомых тебе людей, которые даже не отблагодарят тебя. Но зачем благодарность? Солдат работает, защищая свою Родину, а благодарность и не требуется.
    Поезд остановился. Прибыли. За окном я видел талый снег, уже мысленно ощущал мороз и холод, которые должны были встретить меня, а ведь так не хотелось уходить из тёплого купе. Но ничего не поделаешь. Напялив кое-как шапку, застегнув небрежно бушлат, я вслед за всеми вышел из поезда на перрон. Вот она, старая добрая станция, знакомая мне ещё с ранних лет. Городок у нас был маленький, и, будучи мы мальчишками ходили гулять сюда. Вот он, родной дом… Я перекинул сумку с вещами через плечо, сжал чехол из-под гитары и зашагал прочь, не торопясь, ведь куда мне торопиться? Времени у меня было выше горла, а потратить некуда, как и деньги – их у меня было всего несколько тысяч, на которые в одиночку просто не выживешь.
    В чехле я нёс вовсе не гитару, а снайперскую винтовку, трофейную, ещё с Чечни мне досталась, вот и решил «прикарманить». Правда хлопот столько было, чтобы вынести её за пределы части, но всё же разобрал её и упрятал. Кто-то брал сувенирчики типа солдатской формы, кто-то ещё что-нибудь, ну а я решил взять кое-что помощнее обычного сувенирчика.
    Все разошлись кто куда. Некоторые собрались в группы и отправились отмечать, праздновать и веселиться, а некоторые парни, вроде меня, с угрюмым выражением лица направились по домам или к друзьям.
    На небе сияло солнце, на чистом, безоблачном небе. Ярко-золотые лучи покрывали всё кругом, насыщая приятным, но почти незаметным теплом. Оказалось на улице не так холодно, как сдавалось мне. Кругом лежал мокрый и серый снег, насыщая картину серыми унылыми цветами, но я их почти не заметил. Всё здесь для меня было необычайно красиво и приятно.
    Глубоко вдохнув морозный свежий воздух, я хмуро улыбнулся, опустив брови, что выражало лёгкую грусть, и пошёл со станции вверх по дороге, в знакомый мне родной городок. Моё настроение немного улучшилось. Я шагал уверенно и медленно, наслаждаясь каждым мгновением всего, что видел снова. Идя по пути, мне встречались знакомые дворы, на которых я вырос, выросли мои старые друзья, где я провёл большую часть замечательного периода под названием «детство». Но грустно было лишь от того, что я понимал, ведь никого из моих друзей уже нет, как нет и того замечательного времени, когда каждый встречный не мчался чёрт знает куда, не берёг своё время, а просто наслаждался свободой и красотой. Сейчас во дворах резвились и играли другие ребята, моё время прошло, пора забыть прошлое и смотреть в будущее, так как чёрт знает, что тебя там ждёт. Но меня пугало ещё одна вещь – а что, если у меня будущего уже нет? Что если я зашёл в тупик?
    Высунув из кармана небольшой чёрный кожаный блокнотик, я вырвал из него записку с адресом, где проживал Глеб. До его дома было ещё очень далеко, и я стал ловить попутку. Обычно, в нашем городке её сложно поймать, но в этот раз удача сопутствовала мне – чуть дальше остановился бордовый Жигули. Подойдя к нему ближе, я заметил, что во весь бок машины были нарисованы белые ласточки. Я немного повременил, разглядывая рисунок.
    – Ну, ехать будешь, дорогой, или так и будем смотреть и любоваться, а? – приоткрыв окно, сказал водитель.
    По его акценту речи я понял то, что мужчина был родом из Грузии. В этих местах таких иностранных личностей много.
    Я сел в машину, выложил сумку и чехол на заднее сиденье и снял шапку. Водитель протянул руку в знак приветствия:
    – Здравствуй, дорогой, куда путь держишь?
    – На Восточную, дом пять, – пожав руку, ответил я.
    – На Восточную, так на Восточную.
    И мы поехали. Из колонок магнитолы играла старая советская музыка, записанная на кассету, на зеркале заднего вида висели чётки, а на приборной доске стояли два игральных кубика. Похожая обстановка салона была раньше и у отца, вот только вместо чёток был у него серебряный крестик. Меня охватила ностальгия.
    Водитель, как и все впрочем, оказался очень общительным:
    – Сколько служил?
    – Два года, как положено, в Чечне успел побывать, – вежливо отвечал я, любуясь дорогой.
    – За два года здесь многое изменилось.
    Только сейчас я обратил внимание на самого водителя. Одет он был простенько – коричневая кожаная куртка, штаны и, как её тогда все называли, «блатная» фуражка. Сам же вид мужчины выдавал его как трудоголика – синяки под глазами от вечных недосыпаний, трёхдневная щетина на лице и усталый взгляд. Вот только усталость не означала, что он будет весь путь молчать.
    – Что например? – стало мне вдруг интересно.
    – Да всё, дорогой! Вон, кабак «Пароход» закрыли полтора года назад, супермаркет открылся на Центральной, и ещё до хрена всего.
    Было немного печально, что изменения коснулись и нашего города. Но что поделаешь, двигаться дальше как-то нужно было, пусть прогресс и не всегда был к лучшему.
    – Звать тебя-то как? – поинтересовался водитель.
    – Макс.
    – Меня Армен зовут. Будем знакомы, дорогой.
    Приблизительно через двадцать минут машина выехала на Восточную улицу. За это время мы успели поговорить с Арменом о многом, а что ещё делать в дороге? Нет ничего лучше от скучного ожидания места назначения, чем оживлённое общение.
    На Восточной улице я бывал редко, поэтому и хорошо не запомнил, ведь она была расположена чуть ли не на окраине города. Как всё было, вроде так и осталось.
    Я отдал деньги водителю и вышел из машины, но он меня остановил:
    – Погоди, дорогой, погоди. Тебе если что понадобиться, что угодно – ты позвони вот поэтому номеру, достану, – он протянул мне начёрканный номерок на бумажке.
    Я поблагодарил его, взял вещи и устремился к нужному мне дому, где проживал Глеб. Дружелюбием Армен может и обладал, но его услуги он мне предложил скорее из-за бизнеса, из-за нехватки денег, а денег всегда не хватает. Интересно было, что же у него был за бизнес? Во всяком случае, мне его услуги не требовались. Я приехал только что из армии в родной город, и неприятности мне не нужны. Мне нужно было выжить.
    Во дворах играла ребятня, лепя снеговиков и обкидываясь снегом, которого уже итак почти не осталось. Беззаботное детство, как бы мне хотелось вернуть всё назад и забыться в своих может и глупых, но всё же каких-то мечтах. Но мечты это мечты, а нужно жить реальностью, и я понимал это лучше как никто другой. Сладкие мечты ничего не стоят прекрасной, но в то же время суровой действительности. Вот где истинное счастье того, кто найдёт его – наяву, однако за него придётся побороться, и ещё как. Весь мир можно представить как одно большое поле боя, в котором нельзя сдавать позиции, нельзя отступать, можно только идти напролом через пули и металл клинков. Хочешь чего-то добиться – придётся много попотеть и многое потерять. Но моя война была окончена, я устал от всего этого, сдался, и собирался тихо уйти на дно, вжиться в вполне обычный поток жизни, стать таким, каким я был рождён – обычным, но может одиноким человеком.
    Одну за другой я миновал лестничные площадки дома, пока не поднялся на третий этаж и не встал перед дверью квартиры Глеба. Пальцем нажал на звонок и стал ждать. В помещении послышались шаги, значит, я застал его дома, хотя, вряд ли куда-то мог он уйти. Красиво обитая дверь отворилась. На пороге стоял тот самый мой армейский друг, лишь немного изменившийся внешне.
    – Макс! Дружище! – воскликнул он и по-дружески обнял меня. – Чего стоишь, проходи, давно не виделись!
    Я скромно вошёл в его апартаменты и снял шапку. Оглядев вкратце его жилище, сделал вывод, что Глеб жил вполне богато. Об этом свидетельствовали зеркальные натяжные потолки, неплохой и качественный паркет и тёмно-жёлтые обои с золотыми крапинками. Повезло кому-то.
    Сняв армейский бушлат, повесив его на вешалку и положив сумки в углу, я проследовал за Глебом на кухню. Квартира была очень просторная, красивая, мне даже стало немного завидно. Не всякий может себе позволить жить так богато и роскошно.
    – Проходи, садись, чай будешь? – поинтересовался Глеб, делая из себя гостеприимного хозяина дома. Я скромно кивнул. А чего не выпить хорошего чаю, тем более что в армии у нас он был только растворимый, хотя я надеялся на что-нибудь покрепче.
    Кухня была обделана ещё круче – большой позолоченный холодильник в углу помещения отлично вписывался под общий интерьер, но больше всего мне приглянулась небольшая барная стойка с тремя высокими стульями, в точности схожие с теми, что были в нашем любимом кабаке «Пароход». В правом верхнем углу был вмонтирован небольшой телевизор, расположенный так, чтобы всем сидящим за столом можно было посмотреть его. Одно мог сказать точно – повезло, так повезло.
    – Неплохо ты устроился, за год-то после армейки, – протянул задумчиво, и в то же время подозрительно я.
    – Так квартира не моя, бати, а он слинял в Одессу на полгода, вот мне и оставил приглядеть, – ответил Глеб, поставив кружки, сел напротив меня.
    Я притронулся к своему чаю и стал греть руки, держа их на кружке, как делал так раньше, давным-давно. Потом не спеша хлебнул и был приятно удивлён – чай оказался отличным.
    – Что, приятно выпить настоящего чаю после армии? – улыбнулся Глеб.
    – Ещё бы.
    Сам Глеб сидел в халате и тапочках. Наверное, спал допоздна, вот и пришлось быстро накинуть его, чтобы не встречать гостя в трусах. Я осмотрел его – он почти не изменился, лишь отсутствие формы, а так всё тот же бодрый и весёлый парень лет двадцати семи, хотя я был старше на три года. Всё вечно добрые зеленоватые глаза, нос с маленькой, почти незаметной горбинкой, короткая стрижка.
    – Чего у вас случилось интересного без меня? – спросил он, покончив со своим чаем.
    – Витька убили, через месяц после твоей отлучки, - тихо процедил сквозь зубы я от горечи воспоминания.
    В армии друзьями были мы трое – я, Глеб и Витёк, только мы с Глебом были снайперами, а Витёк пехотинцем с остальными нашими парнями. Во время одного боя, после ухода Глеба, я остался один прикрывать позиции, что было крайне тяжело. И тут противник неожиданно полез на отряд с правого фланга и открыл огонь. Разведданные были ошибочными, и поэтому половина отряда была убита и тяжело ранена. К сожалению, Витёк оказался в числе погибших.
    – Да, – грустно протянул Глеб. – Жалко парня, хороший был мужик.
    После нескольких коротких реплик в память о Витьке и воспоминаний о нём, я вспомнил, зачем навестил своего старого друга:
    – Слушай, Глеб, ты не против, если я у тебя перекантуюсь недельку другую? Мне просто идти сейчас некуда вообще.
    – Конечно, о чём речь!
    – И ещё – у тебя вещей нормальных не найдётся? На время? Как деньгами разживусь, отдам.
    – Да ладно, пойдём, я тебе чего-нибудь подберу, а то в бушлате долго ты не проходишь.
    Он проводил меня к гардеробу и, открыв шкаф, стал выбрасывать вещи на диван, что-то бормоча под нос. Через минут двадцать мы всё же смогли подобрать мне неплохую одежду – чёрное безразмерное старое пальто, свитер, простенькие джинсы, ну а ботинки я решил оставить с армии. Мой же бушлат я решил сохранить, может и сгодиться зачем.
    Было очень приятно снова видеть Глеба, пусть и без Витька, но хоть кто-то остался, хорошо, что сам я не один. Если б я с ним не познакомился, то вряд ли протянул бы я здесь и три дня. Он меня и в армии выручал, в стычках с нашими, спину в бою прикрывал. Не знаю, что бы я делал без него, что бы мы делали друг без друга.
    Мы уселись в зале и стали смотреть телевизор, оживлённо рассказывая друг другу о том, что произошло в армии, и здесь. Я стал потихоньку обустраиваться в новом временном доме. Однако смотреть передачи я смог недолго – решил отдохнуть и набраться сил, поэтому заснул на диване, когда Глеб удалился в соседнюю комнату.

    Во сне с человеком может произойти всё что угодно, но моих снов давно уж нет. Пустота, пелена мрака, ночь – всё что я вижу, когда сплю. И это даже хорошо, ведь с тех пор, как отец ушёл, мне снились одни кошмары, я не мог ночами спокойно спать, а теперь… Спокойствие. А чтобы снилось другому, окажись он на моём месте?
    Проспал я около трёх часов и за это время успел отлично отдохнуть. На улице уже стоял вечер, светили фонари и горели фары встречных машин, гнавших по дороге. Не найдя себе пристойного занятия, я крикнул Глебу в соседнюю комнату:
    – Глеб! У тебя есть что-нибудь почитать?!
    – Да! В кладовке посмотри!
    Я медленно зашаркал ногами спросонья и направился в кладовую. Нужно было чем-то занять себя за время до сна, ещё одного. Я дошёл до кладовой. Открыв ребристую дверь, очутился в тесном небольшом помещении с высокими полками, на которых пылились газеты, невесть какой давности. Конечно, я ожидал какую-нибудь книжку интересную или поучительную почитать, но что поделаешь. Рукой стал нащупывать по стене в поисках включателя, было очень темно. Не найдя его, я шагнул вперёд. Вдруг, споткнулся об какую-то лежащую палку и полетел вниз, но перед падением умудрился свалить одну из полок и я оказался погребён под завалом газет, старых и пыльных. Я не успел никак среагировать и понял, что сейчас мне достанется, как школьнику от злой учительницы.
    – Что случилось?! Ты цел? – появился Глеб, прибежав на шум. Ещё бы, может дом провалился, чего же не посмотреть что там.
    – Споткнулся… Я уберу всё, – оправдался я. Было как-то неудобно, я всего первый день у Глеба и уже натворил бед.
    Он вздохнул с улыбкой и протянул мне руку:
    – Ладно, я сам лучше завтра уберусь, а ты за пивком сгоняешь лучше.
    – И на кой ляд тебе вся эта макулатура? Старьё всякое и ненужное.
    – Отец собирает их. Я бы выбросил это, да только ему всё это нужно зачем-то.
    Он помог мне встать, и я уже стал было уходить, как мой глаз пал на очень заметную статью на первой странице с фотографией. Я приостановил рукой дверь и вернулся назад, поднял газету и прошёл с нею в зал вслед за Глебом. Нахмурив лоб, я сел на диван и строго попросил, может даже приказал сделать свет поярче. Глеб, ничего не заподозрив, кивнул и включил светильник. На первой странице была фотография отца. Едва только я взглянул на него, как моё сердце дрогнуло, стало как-то не по себе. Когда я стал читать заголовок, меня будто насквозь пробрал мороз.
    – Чего там? – поинтересовался приглушённо Глеб, думая, что я нашёл что-то интересное, и подсел ближе.
    Я стал читать вслух, выдавливая буквально каждое следующее слово:
    – «…Погиб Крымский Алексей Николаевич недалеко от Белозерского леса. Официальная версия случившегося происшествия – мужчина охотился в лесу и по неосторожности провалился в ущелье. Тело не было найдено.» , - тут я оборвался и удивлённо спросил сам у себя. – Погиб? Как погиб, это же невозможно.
    – Почему?
    – Потому что мне сказали, что он в ту ночь ушёл из дома, но не умер. Как же это так?
    – Может, просто не хотели, чтобы ты знал правду? - попытался найти объяснение Глеб.
    – Да, но это же не повод! Блин, но как же тогда он мог погибнуть? Он всегда был крайне осторожен в лесу, на охоте, и… - тут я призадумался.
    – Что?
    – И всегда охотился вместе с друзьями, - с презрением заключил я.
    Глеб немного был напуган, хотя чего ему бояться было, я не понимал. Это не он был причастен к происшествию. После недолгой паузы, я огорчённо произнёс:
    – А я-то думал, что он просто слинять решил, сбежал, а оно вон как получается. Ты представляешь, - обратился я к Глебу. – я целых пять лет тупо верил тому, что мне говорили, а всё оказалось совсем не так! Твою мать!
    Я вскочил и со всей силы ударил по светильнику. Настольная лампа отлетела с тумбы и, врезавшись в стену, разлетелась на части. Я не мог успокоить свой пыл. Гнев будто искра, павшая на сено, разросся и превратился в настоящий огненный вихрь внутри меня. Глеб подпрыгнул:
    – Успокойся! – попытался остановить меня он.
    – Я убью их! Я убью их всех до одного! – во мне будто проснулся настоящий зверь, и я не мог управлять им.
    – Я тебе говорю, успокойся! Сколько лет уже прошло, а ты всё ещё хочешь какой-то мести?! Кто мне когда-то говорил, что не надо оглядываться в прошлое, а нужно смотреть в будущее?! Твои же слова!
    – Глеб, они убили моего отца! Ты думаешь, я должен оставить это без наказуемо?!
    – но ты же не знаешь всего! Может, это вовсе не они!
    Я ходил из одного места в другое и наоборот, не мог успокоиться, боялся, что всё в доме разнесу. Его слова действительно были правдой – не нужно смотреть назад, нужно лишь идти вперёд. Может я так и говорил, но я не мог угомониться сам, не мог успокоить разум, зная, что всё выяснилось только сейчас, а убийцы до сих пор на свободе.
    Тут, я понял, что моя война далеко не окончена, а лишь только начинается. Мне, наконец, стало ясно, что всё это время я слепо верил, будто отец просто ушёл и всё, но это было не так. Может я это и подозревал, но теперь я точно уверен, теперь я знаю, что я намерен делать – отомстить.




     
    trikato_45Дата: Суббота, 23.04.2011, 13:06 | Сообщение # 2
    Опытный магистр
    Группа: Заблокированные
    Сообщений: 312
    Статус: Не в сети

    Работать и ещё раз работать над текстом. Пока всё очень сыро. В ГГ я не верю абсолютно. Он не раскрыт, нет ни внешности, ни характера, только какие-то смутные очертания. События кажутся притянутыми за уши. По сюжету ничего сказать не могу, его пока нет. Ну, кроме только того, что он пойдёт мстить за своего отца неведомым убийцам. Работайте над произведением.


    Мои слова, что гвозди для царского гроба (с)
     
    HannahGressДата: Суббота, 23.04.2011, 13:40 | Сообщение # 3
    Адепт
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 271
    Статус: Не в сети
    пока не читала... Но название заинтриговало, потому что я так хотела назвать всое произведение)))) :)
    Как ознакомлюсь - отпишусь :)
     
    Зверь_9Дата: Суббота, 23.04.2011, 15:05 | Сообщение # 4
    Неизвестный персонаж
    Группа: Пользователи
    Сообщений: 6
    Статус: Не в сети
    Ну чтож, переделанный вариант, да простит меня мой брат) И trikato_45, , извини конечно, но сюжет развивается только ближе к середине третьей главы, а это лишь половина 1-ой, так что мало что здесь можно узнать, лишь немного ознакомиться с ситуацией. (а ведь брат предупреждал, чтобы я не трогал ничего, мол, не доработал)))

    Охотник

    Глава 1
    Анабиоз

    Неделей раньше…

    Мой сон прервал солдатский хохот, брынчание гитары и громкие голоса. В купе нашего вагона стоял настоящий балаган. Конечно, конец срока, конец службе, возвращение домой, чем не повод для веселья, но вот веселиться хотелось далеко не всем.
    Я убрал голову от окна, и поудобней уселся на сиденье, а после, неспешно обвёл взглядом присутствующих, задерживая его почти на каждом. На их лицах были радость, бурное веселье по поводу окончания своей службы. Но ведь завтра всё изменится, и для большинства далеко не в лучшую сторону. Два года отлучки от родины слишком многое могли изменить, но об этом догадывались лишь немногие. Почти все верили, что всё осталось как прежде, что всё у них будет хорошо, как и прежде. Что у каждого из них есть та самая, чудесная и неповторимая, СВОЯ жизнь. Но они вовсе не знали, что теперь, такой, какую они знали, больше нет. Эта жизнь должна была поменяться раз и навсегда, и очень болезненно сказаться на парнях. Однако я никакой нормальной жизни не имел прежде. Из родных у меня никого не осталось. Когда вернусь назад, домой, я даже не знаю, куда пойти кроме как к Глебу, моему армейскому другу. Мы познакомились с ним на первом году службы, а спустя некоторое время наш отряд отправили в Чечню на год. Во время одного из боёв Глеба подстрелили и его отправили в госпиталь, а потом и домой. Одни говорят, что если вернулся с армии на Родину раньше, то это счастье. Но что делать тем, кому больше нечего делать, кроме как в армии? Только воевать. Посвятить себя целиком и полностью защите родной страны, охранять спокойный сон граждан, рискуя своей жизнью в боях. Кому-то это покажется довольно глупым, рисковать ради незнакомых тебе людей, которые даже не отблагодарят тебя. Но зачем благодарность? Солдат работает, защищая свою Родину, а благодарность и не требуется.
    Отведя взор снова к окну, я уловил отражение моего лица. Я выглядел очень уставшим, измотанным. Глаза были прикрыты, словно вот-вот мой организм погрузится в сон, а на лице - колкая щетина. "Как же ты постарел", - улыбнулся в душе я, хотя лицом ничего не изобразил. Действительно, своим видом я был старше лет на пять, не хватало лишь седины на волосах. Выбросив всё из головы и пригладив растрёпанные волосы ладонью, я намерелся вздремнуть, но...
    Поезд остановился, стоило только мне закрыть глаза. Прибыли. За окном я видел талый снег, уже мысленно представлял мороз и холод, которые должны были встретить меня, а ведь так не хотелось уходить из тёплого купе. Но ничего не поделаешь. Напялив кое-как шапку, застегнув небрежно бушлат, я вслед за всеми вышел из поезда на перрон. Вот она, старая добрая станция, знакомая мне ещё с ранних лет. Городок у нас был маленький, и, будучи мы мальчишками ходили гулять сюда. Вот он, родной дом… Я перекинул сумку с вещами через плечо, сжал чехол из-под гитары и зашагал прочь, не торопясь, ведь куда мне торопиться? Времени у меня было выше горла, а потратить некуда, как и деньги – их у меня было всего несколько тысяч, на которые в одиночку просто не выживешь.
    В чехле я нёс вовсе не гитару, а снайперскую винтовку, трофейную, ещё с Чечни мне досталась, вот и решил «прикарманить». Правда хлопот столько было, чтобы вынести её за пределы части, но всё же разобрал её и упрятал. Кто-то брал сувенирчики типа солдатской формы, кто-то ещё что-нибудь, ну а я решил взять кое-что помощнее обычного подарочка на память.
    Все разошлись кто куда. Некоторые собрались в группы и отправились отмечать, праздновать и веселиться, а некоторые парни, вроде меня, с угрюмым выражением лица направились по домам или к друзьям.
    На небе сияло солнце, на чистом, безоблачном небе. Ярко-золотые лучи покрывали всё кругом, насыщая приятным, но почти незаметным теплом. Оказалось на улице не так холодно, как сдавалось мне. Кругом лежал мокрый и серый снег, разбавляя картину серыми унылыми цветами, но я их почти не заметил. Всё здесь для меня было необычайно красиво и приятно.
    Глубоко вдохнув морозный свежий воздух, я хмуро улыбнулся, опустив брови, что выражало лёгкую грусть, и пошёл со станции вверх по дороге, в знакомый мне родной городок. Моё настроение немного улучшилось. Я шагал уверенно и медленно, наслаждаясь каждым мгновением всего, что видел снова. По пути мне встречались знакомые дворы, на которых я вырос, выросли мои старые друзья, где я провёл большую часть замечательного периода под названием «детство». Но грустно было лишь от того, что я понимал, ведь никого из моих друзей уже нет, как нет и того замечательного времени, когда каждый встречный не мчался чёрт знает куда, не берёг своё время, а просто наслаждался свободой и красотой. Сейчас во дворах резвились и играли другие ребята, моё время прошло, пора забыть прошлое и смотреть в будущее, так как чёрт знает, что тебя там ждёт. Но меня пугало ещё одна вещь – а что, если у меня будущего уже нет? Что если я зашёл в тупик?
    Вытащив из кармана небольшой чёрный кожаный блокнотик, я вырвал из него записку с адресом, где проживал Глеб. До его дома было ещё очень далеко, и я стал ловить попутку. Обычно, в нашем городке её сложно поймать, но в этот раз удача сопутствовала мне – чуть дальше остановился бордовый Жигули. Подойдя к нему ближе, я заметил, что во весь бок машины были нарисованы белые ласточки. Я немного повременил, разглядывая рисунок.
    – Ну, ехать будешь, дорогой, или так и будем смотреть и любоваться, а? – приоткрыв окно, сказал водитель.
    По его акценту я понял, что мужчина был родом из Грузии. В этих местах таких иностранных личностей много.
    Я сел в машину, выложил сумку и чехол на заднее сиденье и снял шапку. Водитель протянул руку в знак приветствия:
    – Здравствуй, дорогой, куда путь держишь?
    – На Восточную, дом пять, – пожав руку, ответил я.
    – На Восточную, так на Восточную.
    И мы поехали. Из колонок магнитолы играла старая советская музыка, записанная на кассету, на зеркале заднего вида висели чётки, а на приборной доске стояли два игральных кубика. Похожая обстановка салона была раньше и у отца, вот только вместо чёток был у него серебряный крестик. Меня охватила ностальгия.
    Водитель, как и все впрочем, оказался очень общительным:
    – Сколько служил?
    – Два года, как положено, в Чечне успел побывать, – вежливо отвечал я, любуясь дорогой.
    – За два года здесь многое изменилось.
    Только сейчас я обратил внимание на самого водителя. Одет он был простенько – коричневая кожаная куртка, штаны и, как её тогда все называли, «блатная» фуражка. Сам же вид мужчины выдавал его как трудоголика – синяки под глазами от вечных недосыпаний, трёхдневная щетина на лице и усталый взгляд. Вот только усталость не означала, что он будет весь путь молчать.
    – Что например? – спросил я.
    – Да всё, дорогой! Вон, кабак «Пароход» закрыли полтора года назад, супермаркет открылся на Центральной, и ещё до хрена всего.
    Было немного печально, что изменения коснулись и нашего города. Но что поделаешь, двигаться дальше как-то нужно было, пусть прогресс и не всегда был к лучшему.
    – Звать тебя-то как? – поинтересовался водитель.
    – Макс.
    – Меня Армен зовут. Будем знакомы, дорогой.
    Приблизительно через двадцать минут машина выехала на Восточную улицу. За это время мы успели поговорить с Арменом о многом, а что ещё делать в дороге? Нет ничего лучше от скучного ожидания места назначения, чем оживлённое общение.
    На Восточной улице я бывал редко, поэтому и хорошо не запомнил, ведь она была расположена чуть ли не на окраине города. Как всё было, вроде так и осталось.
    Я отдал деньги водителю и вышел из машины, но он меня остановил:
    – Погоди, дорогой, погоди. Тебе если что понадобиться, что угодно – ты позвони вот поэтому номеру, достану, – он протянул мне начёрканный номерок на бумажке.
    Я поблагодарил его, взял вещи и устремился к нужному мне дому, где проживал Глеб. Я прекрасно понимал, что свои услуги он мне предложил скорее из-за бизнеса, нежели просто из-за рвения помочь обычным людям. Наверное, вдобавок и из-за нехватки денег, а денег всегда не хватает. Интересно было, что же у него был за бизнес? Во всяком случае, мне его услуги не требовались. Я приехал только что из армии в родной город, и неприятности мне не нужны. Мне нужно было выжить.
    Во дворах играла ребятня, лепя снеговиков и обкидываясь уже сырым и мокрым снегом, которого уже итак почти не осталось. Им было всё равно, что они сильно замараются, им просто хотелось играть. Беззаботное детство, как бы мне хотелось вернуть всё назад и забыться в своих может и глупых, но всё же каких-то мечтах. Но мечты это мечты, а нужно жить реальностью, и я понимал это как никто другой. Сладкие мечты о счастливой жизни ничего не стоят прекрасной, но в то же время суровой действительности, в которой придётся сильно попотеть за настоящее, реальное счастье. Весь мир можно представить как одно большое поле боя, в котором нельзя сдавать позиции, нельзя отступать, можно только идти напролом через пули и металл клинков. Хочешь чего-то добиться – придётся много попотеть и многое потерять. Но моя война была окончена, я устал от всего этого, сдался, и собирался тихо уйти на дно, вжиться в вполне обычный поток жизни и остаться самым обычным, но может одиноким человеком.
    Одну за другой я миновал лестничные площадки дома, пока не поднялся на третий этаж и не встал перед дверью квартиры Глеба. В помещении послышались шаги. Красиво обитая дверь отворилась. На пороге стоял тот самый мой армейский друг, лишь немного изменившийся внешне.
    – Макс! Дружище! – воскликнул он и по-дружески обнял меня. – Чего стоишь, проходи, давно не виделись!
    Я скромно вошёл в его апартаменты и снял шапку. Оглядев вкратце его жилище, сделал вывод, что Глеб жил вполне богато. Об этом свидетельствовали зеркальные натяжные потолки, неплохой и качественный паркет и тёмно-жёлтые обои с золотыми крапинками. Повезло кому-то.
    Сняв армейский бушлат, повесив его на вешалку и положив сумки в углу, я проследовал за Глебом на кухню. Квартира была очень просторная, красивая, мне даже стало немного завидно. Не всякий может себе позволить жить так богато и роскошно.
    – Проходи, садись, чай будешь? – поинтересовался Глеб, изображая гостеприимного хозяина дома. Я скромно кивнул. А чего не выпить хорошего чаю, тем более что в армии у нас он был только растворимый, хотя я надеялся на что-нибудь покрепче.
    Кухня была обделана ещё круче – большой серебристого цвета холодильник в углу помещения отлично вписывался под общий интерьер, но больше всего мне приглянулась небольшая барная стойка с тремя высокими стульями, в точности схожие с теми, что были в нашем любимом кабаке «Пароход». В правом верхнем углу был вмонтирован небольшой телевизор, расположенный так, чтобы всем сидящим за столом можно было посмотреть его. Одно мог сказать точно – повезло, так повезло.
    – Неплохо ты устроился, за год-то после армейки, – протянул задумчиво, и в то же время подозрительно я.
    – Так квартира не моя, бати, а он слинял в Одессу на полгода, вот мне и оставил приглядеть, – ответил Глеб, поставив кружки, сел напротив меня.
    Я притронулся к своему чаю и стал греть руки, держа их на кружке, как делал так раньше, давным-давно. Потом не спеша хлебнул и был приятно удивлён – чай оказался отличным.
    – Что, приятно выпить настоящего чаю после армии? – улыбнулся Глеб.
    – Ещё бы.
    Сам Глеб сидел в халате и тапочках. Наверное, спал допоздна, вот и пришлось быстро накинуть его, чтобы не встречать гостя в трусах. Я осмотрел его – он почти не изменился, лишь отсутствие формы, а так всё тот же бодрый и весёлый парень лет двадцати трёх, хотя я был старше на три года. Всё вечно добрые зеленоватые глаза, нос с маленькой, почти незаметной горбинкой, короткая стрижка.
    – Чего у вас случилось интересного без меня? – спросил он, покончив со своим чаем.
    – Витька убили, через месяц после твоей отлучки, - тихо процедил сквозь зубы я от горечи воспоминания.
    В армии друзьями были мы трое – я, Глеб и Витёк, только мы с Глебом были снайперами, а Витёк пехотинцем с остальными нашими парнями. Во время одного боя, после ухода Глеба, я остался один прикрывать позиции, что было крайне тяжело. И тут противник неожиданно полез на отряд с правого фланга и открыл огонь. Разведданные были ошибочными, и поэтому половина отряда была убита и тяжело ранена. К сожалению, Витёк оказался в числе погибших.
    – Да, – грустно протянул Глеб. – Жалко парня, хороший был мужик.
    После нескольких коротких реплик в память о Витьке и воспоминаний о нём, я вспомнил, зачем навестил своего старого друга:
    – Слушай, Глеб, ты не против, если я у тебя перекантуюсь недельку другую? Мне просто идти сейчас некуда вообще.
    – Конечно, о чём речь!
    – И ещё – у тебя вещей нормальных не найдётся? На время? Как деньгами разживусь, отдам.
    – Да ладно, пойдём, я тебе чего-нибудь подберу, а то в бушлате долго ты не проходишь.
    Он проводил меня к гардеробу и, открыв шкаф, стал выбрасывать вещи на диван, что-то бормоча под нос. Через минут двадцать мы всё же смогли подобрать мне неплохую одежду – чёрное безразмерное старое пальто, свитер, простенькие джинсы, ну а ботинки я решил оставить с армии. Мой же бушлат я решил сохранить, может и сгодиться зачем.
    Было очень приятно снова видеть Глеба, пусть и без Витька, но хоть кто-то остался, хорошо, что сам я не один. Если б я с ним не познакомился, то вряд ли протянул бы я здесь и три дня. Он меня и в армии выручал, в стычках с нашими, спину в бою прикрывал. Не знаю, что бы я делал без него, что бы мы делали друг без друга.
    Мы уселись в зале и стали смотреть телевизор, оживлённо рассказывая друг другу о том, что произошло в армии, и здесь. Я стал потихоньку обустраиваться в новом временном доме. Однако смотреть передачи я смог недолго – решил отдохнуть и набраться сил, поэтому заснул на диване, когда Глеб удалился в соседнюю комнату.

    Во сне с человеком может произойти всё что угодно, но моих снов давно уж нет. Пустота, пелена мрака, ночь – всё что я вижу, когда сплю. И это даже хорошо, ведь с тех пор, как отец ушёл, мне снились одни кошмары, я не мог ночами спокойно спать, а теперь… Спокойствие. А чтобы снилось другому, окажись он на моём месте?
    Проспал я около трёх часов и за это время успел отлично отдохнуть. На улице уже стоял вечер, светили фонари и горели фары встречных машин, гнавших по дороге. Не найдя себе пристойного занятия, я крикнул Глебу в соседнюю комнату:
    – Глеб! У тебя есть что-нибудь почитать?!
    – Да! В кладовке посмотри!
    Я медленно зашаркал ногами спросонья и направился в кладовую. Нужно было чем-то занять себя за время до сна, ещё одного. Я дошёл до кладовой. Открыв ребристую дверь, очутился в тесном небольшом помещении с высокими полками, на которых пылились газеты, невесть какой давности. Конечно, я ожидал какую-нибудь книжку интересную или поучительную почитать, но что поделаешь. Рукой стал нащупывать по стене в поисках включателя, было очень темно. Не найдя его, я шагнул вперёд. Вдруг, споткнулся об какую-то лежащую палку и полетел вниз, но перед падением умудрился свалить одну из полок и я оказался погребён под завалом газет, старых и пыльных. Я не успел никак среагировать и понял, что сейчас мне достанется, как школьнику от злой учительницы.
    – Что случилось?! Ты цел? – появился Глеб, прибежав на шум. Ещё бы, может дом провалился, чего же не посмотреть что там.
    – Споткнулся… Я уберу всё, – оправдался я. Было как-то неудобно, я всего первый день у Глеба и уже натворил бед.
    Он вздохнул с улыбкой и протянул мне руку:
    – Ладно, я сам лучше завтра уберусь, а ты за пивком сгоняешь лучше.
    – И на кой ляд тебе вся эта макулатура? Старьё всякое и ненужное.
    – Отец собирает их. Я бы выбросил это, да только ему всё это нужно зачем-то.
    Он помог мне встать, и я уже стал было уходить, как мой глаз пал на очень заметную статью на первой странице с фотографией. Я приостановил рукой дверь и вернулся назад, поднял газету и прошёл с нею в зал вслед за Глебом. Нахмурив лоб, я сел на диван и строго попросил, может даже приказал сделать свет поярче. Глеб, ничего не заподозрив, кивнул и включил светильник. На первой странице была фотография отца. Едва только я взглянул на него, как моё сердце дрогнуло, стало как-то не по себе. Когда я стал читать заголовок, меня будто насквозь пробрал мороз.
    – Чего там? – поинтересовался приглушённо Глеб, думая, что я нашёл что-то интересное, и подсел ближе.
    Я стал читать вслух, выдавливая буквально каждое следующее слово:
    – «…Погиб Крымский Алексей Николаевич недалеко от Белозерского леса. Официальная версия случившегося происшествия – мужчина охотился в лесу и по неосторожности провалился в ущелье. Тело не было найдено.» , - тут я оборвался и удивлённо спросил сам у себя. – Погиб? Как погиб, это же невозможно.
    – Почему?
    – Потому что мне сказали, что он в ту ночь ушёл из дома, но не умер. Как же это так?
    – Может, просто не хотели, чтобы ты знал правду? - попытался найти объяснение Глеб.
    – Да, но это же не повод! Блин, но как же тогда он мог погибнуть? Он всегда был крайне осторожен в лесу, на охоте, и… - тут я призадумался.
    – Что?
    – И всегда охотился вместе с друзьями, - с презрением заключил я.
    Глеб немного был напуган, хотя чего ему бояться было, я не понимал. Это не он был причастен к происшествию. После недолгой паузы, я огорчённо произнёс:
    – А я-то думал, что он просто слинять решил, сбежал, а оно вон как получается. Ты представляешь, - обратился я к Глебу. – я целых пять лет тупо верил тому, что мне говорили, а всё оказалось совсем не так! Твою мать!
    Я вскочил и со всей силы ударил по светильнику. Настольная лампа отлетела с тумбы и, врезавшись в стену, разлетелась на части. Я не мог успокоить свой пыл. Гнев будто искра, павшая на сено, разросся и превратился в настоящий огненный вихрь внутри меня. Глеб подпрыгнул:
    – Успокойся! – попытался остановить меня он.
    – Я убью их! Я убью их всех до одного! – во мне будто проснулся настоящий зверь, и я не мог управлять им.
    – Я тебе говорю, успокойся! Сколько лет уже прошло, а ты всё ещё хочешь какой-то мести?! Кто мне когда-то говорил, что не надо оглядываться в прошлое, а нужно смотреть в будущее?! Твои же слова!
    – Глеб, они убили моего отца! Ты думаешь, я должен оставить это просто так?!
    – но ты же не знаешь всего! Может, это вовсе не они!
    Я ходил из одного места в другое и наоборот, не мог успокоиться, боялся, что всё в доме разнесу. Его слова действительно были правдой – не нужно смотреть назад, нужно лишь идти вперёд. Может я так и говорил, но я не мог угомониться сам, не мог успокоить разум, зная, что всё выяснилось только сейчас, а убийцы до сих пор на свободе.
    Тут, я понял, что моя война далеко не окончена, а лишь только начинается. Мне, наконец, стало ясно, что всё это время я слепо верил, будто отец просто ушёл и всё, но это было не так. Может я это и подозревал, но теперь я точно уверен, теперь я знаю, что я намерен делать – отомстить.

     
    ИзгинаДата: Суббота, 23.04.2011, 18:10 | Сообщение # 5
    Аз есмь царь!
    Группа: Заблокированные
    Сообщений: 4033
    Статус: Не в сети
    Quote (Зверь_9)
    Мой сон прервал солдатский хохот, брынчание гитары и громкие голоса. В купе нашего вагона стоял настоящий балаган. Конечно, конец срока, конец службе, возвращение домой, чем не повод для веселья, но вот веселиться хотелось далеко не всем.

    Красный - перечисление не очень хорошо для описательства. И думается мне, что разбудил его шум, к которому он не прислушивался, а уж потом, когда вы сказали "настоящий балаган" можно пояснить это расписывая хохот, брынчание и громкие голоса. От чего? По какому случаю? и пр.
    Синий - вы сказали А, но не сказали Б и вообще ушли от темы, зато налили следующими предложениями пятью много воды. Вам бы сказать, почему "не всем" было весело, а не обтекаемо говорить о вещах понятных только вам. Интрига, это вовсе не непонимание со стороны читателя.

    Quote (Зверь_9)
    Я убрал голову от окна, и поудобней уселся на сиденье,а после, неспешно обвёл взглядом присутствующих, задерживая его почти на каждом. На их лицах были радость, бурное веселье по поводу окончания своей службы

    Синий - из разряда масло маслянное
    Красный - лишнее
    Зеленый - задерживаясь почти на каждом:... и следующее предложение я составила бы более конкретизируя.
    Радость и бурное веселье - синонимы + у вас очень часто повторяются слова веселье и однокоренные ему. Подчистите.

    Quote (Зверь_9)
    Но ведь завтра всё изменится, и для большинства далеко не в лучшую сторону. Два года отлучки от родины слишком многое могли изменить, но об этом догадывались лишь немногие. Почти все верили, что всё осталось как прежде, что всё у них будет хорошо, как и прежде. Что у каждого из них есть та самая, чудесная и неповторимая, СВОЯ жизнь. Но они вовсе не знали, что теперь, такой, какую они знали, больше нет. Эта жизнь должна была поменяться раз и навсегда, и очень болезненно сказаться на парнях.

    Вот это бы я выкинула. Текст ни о чем. В каждом предложении повторение предыдущего, а ведь в самом начале вы уже обмолвились об это, что "не всем".
    Вообще в начале должно быть все четко и быстро. ДАже если это описание вагона на полстраницы, оно должно нас вводить в курс дела, показывать все мелкие детали, которые в будующем нам пригодятся.

    Quote (Зверь_9)
    Из родных у меня никого не осталось. Когда вернусь назад, домой, я даже не знаю, куда пойти кроме как к Глебу, моемуармейскому другу. Мы познакомились с нимна первом году службы, а спустя некоторое время нашотряд отправили в Чечню на год.

    Не многовато местоимений.

    Прочитала только начало. Затянутое. Все начилось с того, что ГГ едет в поезде, а потом все плавно перекочевало к их службе в Чечне.
    И мы уже все забыли, как там герой-то в поезде.
    Вообщем увели в сторону)
    Хочется познакомить нас с Глебом, то и познакомьте когда они встретятся, упомянув что это боевой товарищ. В описании Глеба укажите, что он хромает или есть шрам на руке, и дополните где и когда его ранила вражеская пуля. И тд и тп. Такого (простите меня за грубость) нудного и ненужного повествования в самом начале не надо. Оно отпугивает.

    Пока все.
    Удачи вам! И загляните в Мастерскую, думаю вы найдете что-нибудь интересненькое


    Хочу бана :((((((
     
    trikato_45Дата: Воскресенье, 24.04.2011, 01:42 | Сообщение # 6
    Опытный магистр
    Группа: Заблокированные
    Сообщений: 312
    Статус: Не в сети
    Quote (Зверь_9)
    И trikato_45, , извини конечно, но сюжет развивается только ближе к середине третьей главы, а это лишь половина 1-ой, так что мало что здесь можно узнать, лишь немного ознакомиться с ситуацией.

    Да я извиняю. Просто дело в том, что не каждый заинтересуется настолько, чтобы читать до середины третьей главы. Первая и вторая, есть главы определяющие, во всяком случаи для меня. Если мне не понравилась книга, повесть или рассказ, уже на первых двух главах, то интерес полностью пропадает и произведение уходит в долгий ящик, с пометкой "Прочитаю как-нибудь". Нужен цепляющий читателя момент. Глава может быть провальной во всём, кроме одного единственного случая, события, которое и заставит читателя вникнуть и продолжить чтение.


    Мои слова, что гвозди для царского гроба (с)
     
    CasusДата: Воскресенье, 24.04.2011, 01:43 | Сообщение # 7
    Опытный магистр
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 366
    Статус: Не в сети
    Тяжело читать текст без абзацев.

    TB
     
    Зверь_9Дата: Воскресенье, 24.04.2011, 05:05 | Сообщение # 8
    Неизвестный персонаж
    Группа: Пользователи
    Сообщений: 6
    Статус: Не в сети
    Спасибо за помощь, Изгина, ,

    Охотник

    Глава 1
    Анабиоз

    Неделей раньше…

    Мой сон внезапно прервался и я проснулся. В купе нашего вагона стоял настоящий балаган - все хохотали, громко что-то обсуждали под звуки гитары. Конечно, конец срока, конец службе, возвращение домой, чем не повод для веселья.

    Я убрал голову от окна, и, усевшись поудобнее, неспешно обвёл взглядом присутствующих, задерживая его почти на каждом. На их лицах были радость, улыбка, всем хотелось веселиться по поводу окончания своей службы, вернуться к своей прежней жизни. Однако я никакой нормальной жизни не имел прежде. Из родных у меня никого не осталось. Когда вернусь назад, домой, я даже не знаю, куда пойти кроме как к Глебу, моему армейскому другу. Мы познакомились с ним на первом году службы, а спустя некоторое время отряд отправили в Чечню на год. Во время одного из боёв Глеба подстрелили и его отправили в госпиталь, а потом и домой. Вот я и надеялся навестить его, да если повезёт остановиться ненадолго.

    Отведя взор снова к окну, я уловил отражение моего лица. Я выглядел очень уставшим, измотанным. Глаза были прикрыты, словно вот-вот мой организм погрузится в сон, а на лице - колкая щетина. "Как же ты постарел", - улыбнулся в душе я, хотя лицом ничего не изобразил. Действительно, своим видом я был старше лет на пять, не хватало лишь седины на волосах. Выбросив всё из головы и пригладив растрёпанные волосы ладонью, я намерелся вздремнуть, но...

    Поезд остановился, стоило только мне закрыть глаза. Прибыли. За окном я видел талый снег, уже мысленно представлял мороз и холод, которые должны были встретить меня, а ведь так не хотелось уходить из тёплого купе. Но ничего не поделаешь. Напялив кое-как шапку, застегнув небрежно бушлат, я вслед за всеми вышел из поезда на перрон. Вот она, старая добрая станция, знакомая мне ещё с ранних лет. Городок у нас был маленький, и, будучи мы мальчишками ходили гулять сюда. Вот он, родной дом… Я перекинул сумку с вещами через плечо, сжал чехол из-под гитары и зашагал прочь, не торопясь, ведь куда мне торопиться? Времени у меня было выше горла, а потратить некуда, как и деньги – их у меня было всего несколько тысяч, на которые в одиночку просто не выживешь.
    В чехле я нёс вовсе не гитару, а снайперскую винтовку, трофейную, ещё с Чечни мне досталась, вот и решил «прикарманить». Правда хлопот столько было, чтобы вынести её за пределы части, но всё же разобрал её и упрятал. Кто-то брал сувенирчики типа солдатской формы, кто-то ещё что-нибудь, ну а я решил взять кое-что помощнее обычного подарочка на память.

    Все разошлись кто куда. Некоторые собрались в группы и отправились отмечать, праздновать и веселиться, а некоторые парни, вроде меня, с угрюмым выражением лица направились по домам или к друзьям.

    На небе сияло солнце, на чистом, безоблачном небе. Ярко-золотые лучи покрывали всё кругом, насыщая приятным, но почти незаметным теплом. Оказалось на улице не так холодно, как сдавалось мне. Кругом лежал мокрый и серый снег, разбавляя картину серыми унылыми цветами, но я их почти не заметил. Всё здесь для меня было необычайно красиво и приятно.

    Глубоко вдохнув морозный свежий воздух, я хмуро улыбнулся, опустив брови, что выражало лёгкую грусть, и пошёл со станции вверх по дороге, в знакомый мне родной городок. Моё настроение немного улучшилось. Я шагал уверенно и медленно, наслаждаясь каждым мгновением всего, что видел снова. По пути мне встречались знакомые дворы, на которых я вырос, выросли мои старые друзья, где я провёл большую часть замечательного периода под названием «детство». Но грустно было лишь от того, что я понимал, ведь никого из моих друзей уже нет, как нет и того замечательного времени, когда каждый встречный не мчался чёрт знает куда, не берёг своё время, а просто наслаждался свободой и красотой. Сейчас во дворах резвились и играли другие ребята, моё время прошло, пора забыть прошлое и смотреть в будущее, так как чёрт знает, что тебя там ждёт. Но меня пугало ещё одна вещь – а что, если у меня будущего уже нет? Что если я зашёл в тупик?

    Вытащив из кармана небольшой чёрный кожаный блокнотик, я вырвал из него записку с адресом, где проживал Глеб. До его дома было ещё очень далеко, и я стал ловить попутку. Обычно, в нашем городке её сложно поймать, но в этот раз удача сопутствовала мне – чуть дальше остановился бордовый Жигули. Подойдя к нему ближе, я заметил, что во весь бок машины были нарисованы белые ласточки. Я немного повременил, разглядывая рисунок.

    – Ну, ехать будешь, дорогой, или так и будем смотреть и любоваться, а? – приоткрыв окно, сказал водитель.

    По его акценту я понял, что мужчина был родом из Грузии. В этих местах таких иностранных личностей много.

    Я сел в машину, выложил сумку и чехол на заднее сиденье и снял шапку. Водитель протянул руку в знак приветствия:

    – Здравствуй, дорогой, куда путь держишь?

    – На Восточную, дом пять, – пожав руку, ответил я.

    – На Восточную, так на Восточную.

    И мы поехали. Из колонок магнитолы играла старая советская музыка, записанная на кассету, на зеркале заднего вида висели чётки, а на приборной доске стояли два игральных кубика. Похожая обстановка салона была раньше и у отца, вот только вместо чёток был у него серебряный крестик. Меня охватила ностальгия.

    Водитель, как и все впрочем, оказался очень общительным:

    – Сколько служил?

    – Два года, как положено, в Чечне успел побывать, – вежливо отвечал я, любуясь дорогой.

    – За два года здесь многое изменилось.

    Только сейчас я обратил внимание на самого водителя. Одет он был простенько – коричневая кожаная куртка, штаны и, как её тогда все называли, «блатная» фуражка. Сам же вид мужчины выдавал его как трудоголика – синяки под глазами от вечных недосыпаний, трёхдневная щетина на лице и усталый взгляд. Вот только усталость не означала, что он будет весь путь молчать.

    – Что например? – спросил я.

    – Да всё, дорогой! Вон, кабак «Пароход» закрыли полтора года назад, супермаркет открылся на Центральной, и ещё до хрена всего.

    Было немного печально, что изменения коснулись и нашего города. Но что поделаешь, двигаться дальше как-то нужно было, пусть прогресс и не всегда был к лучшему.

    – Звать тебя-то как? – поинтересовался водитель.

    – Макс.

    – Меня Армен зовут. Будем знакомы, дорогой.

    Приблизительно через двадцать минут машина выехала на Восточную улицу. За это время мы успели поговорить с Арменом о многом, а что ещё делать в дороге? Нет ничего лучше от скучного ожидания места назначения, чем оживлённое общение.

    На Восточной улице я бывал редко, поэтому и хорошо не запомнил, ведь она была расположена чуть ли не на окраине города. Как всё было, вроде так и осталось.
    Я отдал деньги водителю и вышел из машины, но он меня остановил:

    – Погоди, дорогой, погоди. Тебе если что понадобиться, что угодно – ты позвони вот поэтому номеру, достану, – он протянул мне начёрканный номерок на бумажке.

    Я поблагодарил его, взял вещи и устремился к нужному мне дому, где проживал Глеб. Я прекрасно понимал, что свои услуги он мне предложил скорее из-за бизнеса, нежели просто из-за рвения помочь обычным людям. Наверное, вдобавок и из-за нехватки денег, а денег всегда не хватает. Интересно было, что же у него был за бизнес? Во всяком случае, мне его услуги не требовались. Я приехал только что из армии в родной город, и неприятности мне не нужны. Мне нужно было выжить.

    Во дворах играла ребятня, лепя снеговиков и обкидываясь уже сырым и мокрым снегом, которого уже итак почти не осталось. Им было всё равно, что они сильно замараются, им просто хотелось играть. Беззаботное детство, как бы мне хотелось вернуть всё назад и забыться в своих может и глупых, но всё же каких-то мечтах. Но мечты это мечты, а нужно жить реальностью, и я понимал это как никто другой. Сладкие мечты о счастливой жизни ничего не стоят прекрасной, но в то же время суровой действительности, в которой придётся сильно попотеть за настоящее, реальное счастье. Весь мир можно представить как одно большое поле боя, в котором нельзя сдавать позиции, нельзя отступать, можно только идти напролом через пули и металл клинков. Хочешь чего-то добиться – придётся много попотеть и многое потерять. Но моя война была окончена, я устал от всего этого, сдался, и собирался тихо уйти на дно, вжиться в вполне обычный поток жизни и остаться самым обычным, но может одиноким человеком.

    Одну за другой я миновал лестничные площадки дома, пока не поднялся на третий этаж и не встал перед дверью квартиры Глеба. В помещении послышались шаги. Красиво обитая дверь отворилась. На пороге стоял тот самый мой армейский друг, лишь немного изменившийся внешне.

    – Макс! Дружище! – воскликнул он и по-дружески обнял меня. – Чего стоишь, проходи, давно не виделись!

    Я скромно вошёл в его апартаменты и снял шапку. Оглядев вкратце его жилище, сделал вывод, что Глеб жил вполне богато. Об этом свидетельствовали зеркальные натяжные потолки, неплохой и качественный паркет и тёмно-жёлтые обои с золотыми крапинками. Повезло кому-то.

    Сняв армейский бушлат, повесив его на вешалку и положив сумки в углу, я проследовал за Глебом на кухню. Квартира была очень просторная, красивая, мне даже стало немного завидно. Не всякий может себе позволить жить так богато и роскошно.

    – Проходи, садись, чай будешь? – поинтересовался Глеб, изображая гостеприимного хозяина дома. Я скромно кивнул. А чего не выпить хорошего чаю, тем более что в армии у нас он был только растворимый, хотя я надеялся на что-нибудь покрепче.

    Кухня была обделана ещё круче – большой серебристого цвета холодильник в углу помещения отлично вписывался под общий интерьер, но больше всего мне приглянулась небольшая барная стойка с тремя высокими стульями, в точности схожие с теми, что были в нашем любимом кабаке «Пароход». В правом верхнем углу был вмонтирован небольшой телевизор, расположенный так, чтобы всем сидящим за столом можно было посмотреть его. Одно мог сказать точно – повезло, так повезло.

    – Неплохо ты устроился, за год-то после армейки, – протянул задумчиво, и в то же время подозрительно я.

    – Так квартира не моя, бати, а он слинял в Одессу на полгода, вот мне и оставил приглядеть, – ответил Глеб, поставив кружки, сел напротив меня.

    Я притронулся к своему чаю и стал греть руки, держа их на кружке, как делал так раньше, давным-давно. Потом не спеша хлебнул и был приятно удивлён – чай оказался отличным.

    – Что, приятно выпить настоящего чаю после армии? – улыбнулся Глеб.

    – Ещё бы.

    Сам Глеб сидел в халате и тапочках. Наверное, спал допоздна, вот и пришлось быстро накинуть его, чтобы не встречать гостя в трусах. Я осмотрел его – он почти не изменился, лишь отсутствие формы, а так всё тот же бодрый и весёлый парень лет двадцати трёх, хотя я был старше на три года. Всё вечно добрые зеленоватые глаза, нос с маленькой, почти незаметной горбинкой, короткая стрижка. Как я успел заметить, он по прежнему немного прихрамывал на правую ногу. Как видимо, ранение всё ещё не прошло.

    Сам Глеб был парень мягкого характера, насколько я его знал, надёжный как друг, поэтому я мог целиком ему доверять. Ещё очень уж любил он шутить. Порою, его шутки и перегибали палку, как казалось некоторым, но по мне с ним было немного веселее.

    - Что, рана ещё не прошла? - спросил я.

    - Да нет, почему, уже почти не хромаю, даже танцевать могу! - улыбнулся Глеб, а затем сменил тему: - Чего у вас случилось интересного без меня?

    – Витька убили, через месяц после твоей отлучки, - тихо процедил сквозь зубы я от горечи воспоминания.

    В армии друзьями были мы трое – я, Глеб и Витёк, только мы с Глебом были снайперами, а Витёк пехотинцем с остальными нашими парнями. Во время одного боя, после ухода Глеба, я остался один прикрывать позиции, что было крайне тяжело. И тут противник неожиданно полез на отряд с правого фланга и открыл огонь. Разведданные были ошибочными, и поэтому половина отряда была убита и тяжело ранена. К сожалению, Витёк оказался в числе погибших.

    – Да, – грустно протянул Глеб. – Жалко парня, хороший был мужик.

    После нескольких коротких реплик в память о Витьке и воспоминаний о нём, я вспомнил, зачем навестил своего старого друга:

    – Слушай, Глеб, ты не против, если я у тебя перекантуюсь недельку другую? Мне просто идти сейчас некуда вообще.

    – Конечно, о чём речь!

    – И ещё – у тебя вещей нормальных не найдётся? На время? Как деньгами разживусь, отдам.

    – Да ладно, пойдём, я тебе чего-нибудь подберу, а то в бушлате долго ты не проходишь.

    Он проводил меня к гардеробу и, открыв шкаф, стал выбрасывать вещи на диван, что-то бормоча под нос. Через минут двадцать мы всё же смогли подобрать мне неплохую одежду – чёрное безразмерное старое пальто, свитер, простенькие джинсы, ну а ботинки я решил оставить с армии. Мой же бушлат я решил сохранить, может и сгодиться зачем.

    Было очень приятно снова видеть Глеба, пусть и без Витька, но хоть кто-то остался, хорошо, что сам я не один. Если б я с ним не познакомился, то вряд ли протянул бы я здесь и три дня. Он меня и в армии выручал, в стычках с нашими, спину в бою прикрывал. Не знаю, что бы я делал без него, что бы мы делали друг без друга.

    Мы уселись в зале и стали смотреть телевизор, оживлённо рассказывая друг другу о том, что произошло в армии, и здесь. Я стал потихоньку обустраиваться в новом временном доме. Однако смотреть передачи я смог недолго – решил отдохнуть и набраться сил, поэтому заснул на диване, когда Глеб удалился в соседнюю комнату.

    Во сне с человеком может произойти всё что угодно, но моих снов давно уж нет. Пустота, пелена мрака, ночь – всё что я вижу, когда сплю. И это даже хорошо, ведь с тех пор, как отец ушёл, мне снились одни кошмары, я не мог ночами спокойно спать, а теперь… Спокойствие. А чтобы снилось другому, окажись он на моём месте?

    Проспал я около трёх часов и за это время успел отлично отдохнуть. На улице уже стоял вечер, светили фонари и горели фары встречных машин, гнавших по дороге. Не найдя себе пристойного занятия, я крикнул Глебу в соседнюю комнату:

    – Глеб! У тебя есть что-нибудь почитать?!

    – Да! В кладовке посмотри!

    Я медленно зашаркал ногами спросонья и направился в кладовую. Нужно было чем-то занять себя за время до сна, ещё одного. Я дошёл до кладовой. Открыв ребристую дверь, очутился в тесном небольшом помещении с высокими полками, на которых пылились газеты, невесть какой давности. Конечно, я ожидал какую-нибудь книжку интересную или поучительную почитать, но что поделаешь. Рукой стал нащупывать по стене в поисках включателя, было очень темно. Не найдя его, я шагнул вперёд. Вдруг, споткнулся об какую-то лежащую палку и полетел вниз, но перед падением умудрился свалить одну из полок и я оказался погребён под завалом газет, старых и пыльных. Я не успел никак среагировать и понял, что сейчас мне достанется, как школьнику от злой учительницы.

    – Что случилось?! Ты цел? – появился Глеб, прибежав на шум. Ещё бы, может дом провалился, чего же не посмотреть что там.

    – Споткнулся… Я уберу всё, – оправдался я. Было как-то неудобно, я всего первый день у Глеба и уже натворил бед.

    Он вздохнул с улыбкой и протянул мне руку:

    – Ладно, я сам лучше завтра уберусь, а ты за пивком сгоняешь лучше.

    – И на кой ляд тебе вся эта макулатура? Старьё всякое и ненужное.

    – Отец собирает их. Я бы выбросил это, да только ему всё это нужно зачем-то.

    Он помог мне встать, и я уже стал было уходить, как мой глаз пал на очень заметную статью на первой странице с фотографией. Я приостановил рукой дверь и вернулся назад, поднял газету и прошёл с нею в зал вслед за Глебом. Нахмурив лоб, я сел на диван и строго попросил, может даже приказал сделать свет поярче. Глеб, ничего не заподозрив, кивнул и включил светильник. На первой странице была фотография отца. Едва только я взглянул на него, как моё сердце дрогнуло, стало как-то не по себе. Когда я стал читать заголовок, меня будто насквозь пробрал мороз.

    – Чего там? – поинтересовался приглушённо Глеб, думая, что я нашёл что-то интересное, и подсел ближе.

    Я стал читать вслух, выдавливая буквально каждое следующее слово:
    – «…Погиб Крымский Алексей Николаевич недалеко от Белозерского леса. Официальная версия случившегося происшествия – мужчина охотился в лесу и по неосторожности провалился в ущелье. Тело не было найдено.» , - тут я оборвался и удивлённо спросил сам у себя. – Погиб? Как погиб, это же невозможно.

    – Почему?

    – Потому что мне сказали, что он в ту ночь ушёл из дома, но не умер. Как же это так?

    – Может, просто не хотели, чтобы ты знал правду? - попытался найти объяснение Глеб.

    – Да, но это же не повод! Блин, но как же тогда он мог погибнуть? Он всегда был крайне осторожен в лесу, на охоте, и… - тут я призадумался.

    – Что?

    – И всегда охотился вместе с друзьями, - с презрением заключил я.

    Глеб немного был напуган, хотя чего ему бояться было, я не понимал. Это не он был причастен к происшествию. После недолгой паузы, я огорчённо произнёс:

    – А я-то думал, что он просто слинять решил, сбежал, а оно вон как получается. Ты представляешь, - обратился я к Глебу. – я целых пять лет тупо верил тому, что мне говорили, а всё оказалось совсем не так! Твою мать!

    Я вскочил и со всей силы ударил по светильнику. Настольная лампа отлетела с тумбы и, врезавшись в стену, разлетелась на части. Я не мог успокоить свой пыл. Гнев будто искра, павшая на сено, разросся и превратился в настоящий огненный вихрь внутри меня. Глеб подпрыгнул:

    – Успокойся! – попытался остановить меня он.

    – Я убью их! Я убью их всех до одного! – во мне будто проснулся настоящий зверь, и я не мог управлять им.

    – Я тебе говорю, успокойся! Сколько лет уже прошло, а ты всё ещё хочешь какой-то мести?! Кто мне когда-то говорил, что не надо оглядываться в прошлое, а нужно смотреть в будущее?! Твои же слова!

    – Глеб, они убили моего отца! Ты думаешь, я должен оставить это просто так?!

    – но ты же не знаешь всего! Может, это вовсе не они!

    Я ходил из одного места в другое и наоборот, не мог успокоиться, боялся, что всё в доме разнесу. Его слова действительно были правдой – не нужно смотреть назад, нужно лишь идти вперёд. Может я так и говорил, но я не мог угомониться сам, не мог успокоить разум, зная, что всё выяснилось только сейчас, а убийцы до сих пор на свободе.

    Тут, я понял, что моя война далеко не окончена, а лишь только начинается. Мне, наконец, стало ясно, что всё это время я слепо верил, будто отец просто ушёл и всё, но это было не так. Может я это и подозревал, но теперь я точно уверен, теперь я знаю, что я намерен делать – отомстить.

     
    АртурДата: Четверг, 19.05.2011, 11:05 | Сообщение # 9
    Неизвестный персонаж
    Группа: Проверенные
    Сообщений: 88
    Статус: Не в сети
    Честно скажу, что мне понравилось. Почти до самого окончания я читал, представляя картинку происшествий. Но есть одно но, а может и не одно, в общем для меня слишком затянуто с соплями было, например: плохая жизнь, что мне делать, все не так как раньше и т.д. В целом, если ни обращать внимание на все это, читая до последнего предложения, мне понравилось. Но вот дальше...:
    Может я это и подозревал, но теперь я точно уверен, теперь я знаю, что я намерен делать – отомстить.
    Вот когда ты написал отомстить, мне перестало быть интересно, что будет дальше. Ведь все ясно, что ГГ убьет всех кто предчастен к убийству отца, начнет их искать, выяснять суть и т.д. Поэтому в таких книгах, я перелистываю на последнюю страницу и читаю, что случилось с ГГ и как все окончилось. Но это суто мое мнение.


    Фотография — это правда. А кино — это правда 24 кадра в секунду.
     
    Форум Fantasy-Book » Черновики начинающих авторов сайта » Архив отрывков » Охотник. Глава 1 и пролог. (Отрывок из рассказа моего брата, правда, недоделанный.)
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Поиск:

    Для добавления необходима авторизация
    Нас сегодня посетили
    Валентина, Igor_SS, Ботан-Шимпо, трэшкин, Ва, Ellis, Karaken Гость