[ Новые сообщения · Обращение к новичкам · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Набор на конкурс "Школьная история" (21) -- (Verik)
  • Многомерность то Космическая Верность? (8) -- (Ellis)
  • Замок дождя (3) -- (Иля)
  • музыка помогающая творчеству (146) -- (Иля)
  • Фильм на вечер (43) -- (Ellis)
  • Кто хочет подзаработать (0) -- (Ellis)
  • Товарищ Каллиграфия (3) -- (virarr)
  • Страничка virarr (40) -- (virarr)
  • Зарисовка (41) -- (Hankō991988)
  • Давайте отдохнём. (909) -- (Валентина)
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Архив - только для чтения
    Модератор форума: fantasy-book, Donna  
    Форум Fantasy-Book » Черновики начинающих авторов сайта » Архив отрывков » Без названия (Жанр: не знаю =))
    Без названия
    Web-мастерДата: Четверг, 31.03.2011, 22:32 | Сообщение # 1
    Неизвестный персонаж
    Группа: Пользователи
    Сообщений: 32
    Статус: Не в сети
    Действия разворачиваются в вымышленном мире, где нет ни единого намека на жанр фэнтези. Больше напоминает исторический роман. :)
    Также сравните, пожалуйста, этот отрывок из одной моей книги http://fantasy-book.ucoz.ru/forum/53-3934-1 и этот отрывок. И скажите, в каком жанре мне лучше писать. ;)

    Было как раз то вечернее время, когда небо на западе, где лениво катилось солнце под горизонт, и умирал сегодняшний день, принимало нежные красные, рыжие и алые цвета и редкие малиновые облака робко тянулись по небесному простору, ласкаемые последними прощальными лучами заходящего солнца. То время, когда водный простор окрашивается в яркие и в то же время мягкие краски на фоне поминутно темнеющего неба, когда водная гладь словно искрится, ослепляя блеском глаза. Величайшие контрасты природы, высота и глубина пространства, торжество небесного простора над простором земным! То был не просто закат, а грандиозное, завораживающие явление природы, создающие восхитительный морской пейзаж, такой изменчивый и радующий взор! Франсуа, стоя на тропинке, протоптанной дикими козами, мог наслаждаться, упиваться этим зрелищем, вызывавшее безотчетное для обывателя чувство свободы и блаженства!..
    А под ногами, на высоте птичьего полета, глухо рокотало море, такое грозное и с другой стороны родное ему. Огромные волны пенились и ударялись с рокочущим гулом о подступы неприступного утеса. Нога Франсуа ощупывала каждую неровность скалы. Тропинка, казалось, была лишь каменным мостиком, нависшим над пустотой!
    Из-под ноги юноши выпал камень, но он успел ухватиться за выступ скалы, окаймлявшей плоскогорье и прижаться спиной к утесу. Камень покатился вниз, подскакивая и ударяясь о гранитный, почти отвесный склон. В его ясных зрачках заиграли радостные, ликующие огоньки, смягчив резкие очертания носа, крепко вылепленных скул и широкого подбородка. Задорный игривый взгляд и улыбка молодого человека составляли заметный контраст его физической силе и, как можно догадаться, таящейся внутри него боевой ярости; пока что сила и слабость гармонично уживались в нем, как оно бывает в такую прекрасную пору – пятнадцать лет! Его густые темно-рыжие волосы, которые можно сравнивать без всяких преувеличений с львиной гривой, спадающие по самые плечи, развивались от дуновения весьма ощутимого ветра.
    А под ногами все глухо роптало море, тот бескрайний простор, что очаровывал и манил к себе, что зиял прямо под ногами Франсуа на ошеломляющей высоте птичьего полета. И чем дальше он робко с осторожностью ступал по козьей тропе, тем сильнее в груди билось его сердце, и кружилась голова. Он находился на высоте скалы, где в расселинах устраивали себе гнезда вездесущие морские чайки и ласточки, и тропа резко брала вверх, извиваясь между валунов, и заметно сужалась.
    Юноша прижался к скале и с широкой улыбкой на лице, зычным голосом, пытаясь перекричать рокочущий гул волн, сокрушающихся о мрачные рифы утеса, обратился к своему товарищу:
    - Дорогой Робен, неужели ты боишься? Твои поджилки трясутся, словно былинки на ветру!
    Робен неподвижно стоял, впритирку прижавшись спиной к утесу, и держал правой рукой крест, висящий на шеи. Он дрожал всем телом, но явно не от холода.
    - Да что вы, господин? Разве я боюсь? Нет, я выбился из последних сил, и посему дальше ступать не могу; мои пальцы костенеют от пронизывающего холода – Робен жадно глотал ртом воздух, словно рыба, очутившаяся на суше.
    - Мужайся, Робен! До вершины уже недалеко, стоит лишь приложить еще немного усилий. Только послушай, как ревет море, словно раненый бык, истекающий кровью! Видно, оно противится моему восхождению!
    - Да, конечно, господин!.. Дайте лишь немного времени, чтобы отдышаться!
    Робен был двадцатитрехлетним мужчиной хрупкого, даже худосочного телосложения. Скуластое выхоленное лицо, обрамляли длинные вьющиеся белокурые волосы, такого яркого оттенка и такие блестящие, что придавали всему его облику что-то солнечное. В голубых глазах, из глубин которых струилась сама доброта, читалась наивность и выражались все эмоции, переживаемые им; у него был правильный прямой нос, маленький округлый подбородок и сочные губы, которые, когда его лицо выражало полную невозмутимость, придавали ему несколько надутый вид. И, несмотря на постоянные физические нагрузки, у него оставались тонкие кисти рук, движения и походка отличалась изяществом, а голос хорошо поставлен и всегда мелодичен. В целом, то был прирожденный писаный красавец-оруженосец, характером, на великое удивление, неприхотливый и смирный, и до крайности набожный человек.
    - Только подумай, Робен, о нашем восхождении на эту неприступную твердыню скальды будут слагать баллады и легенды! Торговцы и мореплаватели, уплывающие из нашего Богом забытого края, поведают о нашем подвиге людям, и каждый будет знать славное имя Франсуа де Альбе, имя пятнадцатилетнего юноши, покорившего утес над Флёренфьордом!
    Робен восхищался неустрашимостью и энтузиазмом своего юного господина, не думающего о летальных последствиях. Франсуа ликующе засмеялся.
    - Робен! Ты ведь веришь мне, скажи?
    - Я верю вам, господин! – Робен попытался вложить в этот возглас больше уверенности, чем испытывал сам, невоодушевленный на подобные подвиги.
    - Не теряй твердости, совсем немного – и мы уже на плоскогорье, вершине!
    Франсуа стал неспешно, осторожно продвигаться по тропе, прижавшись спиной к скале. Робен в нерешительности не сдвинулся с места и держал правой рукой крест.
    - Так ты трепещешь перед лицом опасности, словно жалобная бабенка?
    - Я выбился из сил, мои руки в крови, а голова так кружится, что недолго и разбиться, об эти чертовы скалы! Смилостивьтесь, прошу! Не вынуждайте меня сопутствовать вам – я немощен!
    Франсуа с содействующим тоном обратился к оруженосцу:
    - Робен, ты просто пал духом! Спой песнь моего великодушного дяди, славного Марена де Альбе и кровь пылко хлынет по твоим жилам! Спой же громко, как кричал он боевой клич, сокрушая бегством спасающихся врагов взмахами своего бастарда в битве при Готье!
    Робен не стал возражать. Он запел своим неизменчиво мелодичным голосом, словно бросая вызов хмурому рифу, безбрежному морю, ледяному пронизывающему ветру и вопящим чайкам, что были встревожены присутствием нежданных гостей и кружили высоко над головами странников. С каждым словом песни, напев Робена становился уверенней и громче; и песня разливалась по каменной твердыне и береговым скалам, словно резвый вешний ручеек, эхом раздавалась в глубоких ущельях, и неслась к небесному куполу, омытого вешними грозами. Выражение упоения преобразило его лицо с тонкими чертами и озарило его неясной мягкостью, кротостью; в глазах заблестели радостные огоньки. Франсуа подпевал в такт своему оруженосцу своим тонковатым юношеским голосом:
    Пылкое сердце сковало льдом,
    А правую душу снегом замело…
    Лихо забудусь я нетленным сном,
    Но я смеюсь лютой стуже во зло…
    Уже не глотать мне воздух морской,
    Ни запах душистых лугов…
    Стану костенеть от стужи жестокой,
    Пока в жилах не застынет моя пылкая кровь…

    И когда с уст слетело последнее слово песни, он обрел безмятежность духа и словно насытился новоиспеченной силой. В глазах Робена заиграли ликующие огоньки. То были два равных зеркала души, выражавшие его эмоции.
    - Я твердо стою на ногах и готов продолжать путь сообща с вами, господин, - поцеловав крест, он спрятал его под грубую шерстяную рубаху и с осторожностью последовал за сеньором по козьей тропе.
    - Оставшийся путь будет нелегок, так что держись крепче!
    Они поднимались все выше по тропе, с каждым робким шагом их больше снедала тревога и нерешительность, затруднялось дыхание, а под челкой волос проступали капли холодного пота – ими овладевал сознательный страх перед явной опасностью с неясным сознанием радости: еще немного и два юных человека взойдут на утес над Флёренфьордом! Тропа вилась по скальному карнизу, местами короткими крутыми поворотами, сужаясь, резко брала вверх. Спутники цеплялись истертыми в кровь руками за неровности утеса, и с каждым движением мышцы изнеможенных рук пронзала острая боль.
    - Взгляни туда! – вытянутой рукой Франсуа указывал вдаль, на юг, - Ты видишь то, что вижу я?
    Оруженосец с невозмутимым выражением лица устремил взор, куда указывал Франсуа. Что собственно смогло так взбудоражить его? На фоне искрящейся водной глади он ничего выдающегося не увидел, но приглядевшись, заметил едва видимые темные точки невдалеке от Буффонского мыса, неторопливо тянувшиеся на север; неясные точки расплывались на поле алого неба, словно затянутые маревом.
    - Что бы это могло быть? – спросил Франсуа.
    - Это судна, господин. Я заметил их раньше, но не спешил говорить – я принял расплывчатые точки за купеческие судна и ничего более.
    Франсуа был крайне удивлен соколиной зоркостью глаз своего оруженосца.
    - Твои глаза остры, словно глаза сокола! Скажи, ты видишь их паруса?
    - Нет, господин, никак не могу разглядеть. Но ведь нет никакого повода беспокоиться – я не сомневаюсь, что дозорные с Армана раньше меня заметили их.
    - Нет, дозорный, как бы он ни был остроглаз, не мог бы заметить судно, которое так далеко на горизонте! И он еще долго не поднимет тревоги!.. Робен, мы должны как можно скорее взобраться на вершину, а там уже сможем лучше разглядеть нежданных гостей! Если у кораблей будут незнакомые нам паруса, мы сразу бросимся с плоскогорья по пологому склону к выгону, где пастыри пасут стада овец старосты Антонена Лабеля, и оповестим о подозрительных суднах! Жители успеют покинуть деревню и укрыться в чащобах... Лишь только следует поспешить, пока не стало совсем поздно…
    Франсуа приложил немало усилий, чтобы взобраться на плоскогорье, поросшее пучками мха и усеянное огромными валунами, из-за которых робко выглядывали маленькие чахлые березки. Вслед за тем помог взобраться Робену. То было просторное неровное плато, выпуклое, словно щит, место, где сталкивались ветра, мчавшиеся из неведомых краев. Бледноватое лицо Франсуа хлестали брызги, доносимые ветром с моря.
    А небо на западе, где дотлевал закат, неумолимо темнело, принимая темно-кровавый цвет. И вместе с заходящим солнцем, что почти скрылось за линией горизонта, меркло то недавнее неистовство красок, все вядшее искрилась водная гладь. И все резвей плыли по темнеющему небу столь же темные, багровые облака из-за нарастающего, крепчающего ветра; странствующий ветер наполнял ветрила кораблей, что издали, казались расплывчатыми точками. То были изящные, широкие, высокобортные драгоны, округленные в носовой части с резко загнутыми и высоко вытянутыми срезанными штевнями, боевыми площадками для десятков воинов, которые составляли единое целое с кораблем, выгодно подчеркивая изящный силуэт. Высокие мачты несли богато украшенные квадратные паруса с изображением герба короля Теофиля, Леонара Лорена – белая ворона с распростертыми крыльями на поле, разделенным надвое по горизонтали, где правая часть была черного тона, а противоположная часть – красного тона. Весла, что грациозно и мерно взмывали и столь же благолепно окунались в воду, проходили через отверстия в бортах; зазоры между веслом и бортом закрывались короткими кожаными рукавами. На нефе имелись асимметричные пристройки к кормовым и носовым надстройкам – прибавочные помещения для размещения воинов, ограждения которых украшались гербовыми щитами. Носы суден, исполненные в виде голов мифических драконов, с красотой в движении рассекали волны, словно колун в натруженных руках дровосека с простотой раскалывает тупым лезвием хрупкие поленца. Флотилия аспиранта теофильского военно-морского флота Бенжамена Бриссона направлялась на север, вдоль берегов Ла-Тера-Морт, огибая пояс прибрежных шхер.
    ¬¬¬¬¬Изнеможенный Франсуа опустился на колени, вознося обагренные кровью руки в небо.
    - Я должен найти верные слова, которые как нельзя лучше поведали бы людям о моем подвиге. Красноречивые слова, внушающие уважение…
    Он молитвенно сложил ладони, закрыв глаза, стал бегло в полголоса произносить неясные слова. Робен приблизился к обрыву плоскогорья, приложив ладонь к глазам и щурясь от солнца.

    ____________________________________
    Эти сравнительно крупные, хорошо вооруженные и быстроходные суда, под командой опытных моряков, наносили большие убытки английской морской торговле и опустошали южное побережье Англии с той ужасной жестокостью, которая была обычным явлением в те времена.
    Флот Фленского королевства продвигался на север, вдоль берегов Ла-Тера-Морт, огибая пояс шхер.
    Расщелина, склон, пологий,
    У подножия каменной гряды раскинулась бесплодная унылая страна
    Не буди лихо, пока оно тихо
    Мы должны найти верные слова. Такие слова, которые поведали бы о наших подвигах. Слова, внушающие уважение.

    Добавлено (31.03.2011, 22:31)
    ---------------------------------------------
    Предложения слишком емкие, знаю. :)

    Добавлено (31.03.2011, 22:32)
    ---------------------------------------------
    То, что отделено чертой лучше не читать. Это- своеобразные "зарубки", если Вы понимаете о чем я.

     
    ИзгинаДата: Пятница, 01.04.2011, 20:19 | Сообщение # 2
    Аз есмь царь!
    Группа: Заблокированные
    Сообщений: 4033
    Статус: Не в сети
    Web-мастер, скажу сразу, я не люблю обилие действий. Мне нравятся классики и их степенное описание происходящего, без забегания вперед, когда можно не спеша представить то, что стоит перед взглядом писателя. Так что этот текст мне нравится больше. НО...
    1. Слишком много восхищения и высокопарных слов, которые в принципе, повторяют смысл
    2. Часто распыляетесь, от чего получается как будто сидишь в кинотеатре на первом ряду, взгляд метается из угла в угол и полной картинки не получается
    3. Из-за большого количества слов в предложении и желании все скорпулезно описать встречаются повторы и смысловые и словестные.

    Quote (Web-мастер)
    Было как раз то вечернее время, когда небо на западе, где лениво катилось солнце под горизонт, и умирал сегодняшний день, принимало нежные красные, рыжие и алые цвета и редкие малиновые облака робко тянулись по небесному простору, ласкаемые последними прощальными лучами заходящего солнца.

    подчеркивание - слова начинаются с В + неудачное словосочетание
    синим - как раз лишняя часть уводящая нас в сторону
    красным - остерегайтесь пустого перечисления и перечисленные вами цвета, все же являются одним и тем же отттенком красного

    Quote (Web-мастер)
    То время, когда водный простор окрашивается в яркие и в то же время мягкие краски на фоне поминутно темнеющего неба, когда водная гладь словно искрится, ослепляя блеском глаза.

    синим - замените на простое слово, тут усложнено
    подчеркивание - вы говорите когда...когда... А что когда-то? Не хватает вывода что бывает когда окраживается вода и блестит? Не законченное предложение

    Quote (Web-мастер)
    Франсуа, стоя на тропинке, протоптанной дикими козами, мог наслаждаться, упиваться этим зрелищем, вызывавшее безотчетное для обывателя чувство свободы и блаженства!..

    Вот перед этим предложением столько слов, ах! А по сути говорите об одном и том же. Достаточно восхищения в этом предложении.
    подчеркивание - однокоренные, то есть повтор

    Quote (Web-мастер)
    А под ногами, на высоте птичьего полета, глухо рокотало море, такое грозное и с другой стороны родное ему. Огромные волны пенились и ударялись с рокочущим гулом о подступы неприступного утеса.

    Мне понравилось, но...
    синим - часто употребляемое словосочетание
    подчеркивание - повтор

    Quote (Web-мастер)
    Нога Франсуа ощупывала каждую неровность скалы.

    Ой, часом он не обезьяна. Как нога может ощупывать, при всем уважении к фантазии. Тем более, скорее всего, она (в смысле, нога) в ботинке

    Quote (Web-мастер)
    Тропинка, казалось, была лишь каменным мостиком, нависшим над пустотой!

    Мостик обычно через чего-то перекинут
    Тропинка обычно протоптана по чему-то
    Разница даже в предлогах, а не понятиях не дает право употреблять слова.
    И тропинка не может нависать :p

    Прочитала только начало, но свое отношение уже высказала.
    Удачи вам с определением стиля.


    Хочу бана :((((((
     
    Форум Fantasy-Book » Черновики начинающих авторов сайта » Архив отрывков » Без названия (Жанр: не знаю =))
    • Страница 1 из 1
    • 1
    Поиск:

    Для добавления необходима авторизация
    Нас сегодня посетили
    Verik, Viktor_K, трэшкин, TERNOX, peotr, Ellis, Hankō991988, Karaken Гость